От одного автора не более 10 нетленок.
Читаем и обсуждаем тут, а голосуем там:
От 3-х до 19-ти произведений в шорт.3-м из выбранных можно дать 1-е место (+1 балл)
Произведение проголосовавшего автора получает один доплнительный балл.
NB: Голосовать за себя или игроков своей команды нельзя.
Голосование продлится до 20ч мск 30 декабря.
=================
== Конкурсная лента ==
=================
1. Котята под Киевом
Есть чувство — выше чувства: мгновение, когда сердце выходит из берегов.
Марина Цветаева
Владимир однажды дружину собрал:
- Попробую быть очень кратким:
В культуре - кирдык, в производстве - аврал,
А стены штурмуют котятки...-
Владимир замялся, рукав теребя,
Себе в мыслях словно переча:
- Возьмите хотя бы котят на себя -
На треть ужо станет полегче...
Ильюша, повёл молодецки плечом,
Мол, знаем поболе кручины:
- Поможем, конечно, котяток порвём -
На то мы и княжья дружина.
Алёша достал аф-фигительный лук,
Добрыня - ба-альшую дубину,
Илья ж только хрустнул костяшками рук:
Их - более чем, для мужчины.
Котятки сидели у самой стены,
У самого рва, над обрывом.
И были они и худы, и бледны,
И даже орали с надрывом.
А всяк киевлянин, кто слушал котят,
Взобравшись на стольную стену,
Как будто глотнув ядовитейший йад,
Часами стоял, как полено.
Понятно мышу и стрижу, и ежу,
Котята явились не сами.
Послушайте, что я вам, люди, скажу:
Подкинули их - басурмане...
Дружина взобралась с разбегу на вал,
Не сбив ни дыханья, ни пульса,
Алёша стрелу из колчана достал,
Услышал котят - и загнулся...
Добрыня дубиной взмахнул ... и осел -
Осунулся, сник как-то сразу:
"Нищасный" котенок смотрел, как в прицел,
Наивно-доверчивым глазом.
Илья громыхал, как звенящая медь,
Со взором чуть остекленевшим.
Но сел рядом с котиком, начал реветь,
Как будто медведь или леший.
В итоге культуру Владимир не спас...
Но с князя того взятки гладки.
Всё было бы в Киеве классно у нас...
Но в город ворвались котятки.
2. Декабрьские сны
Есть чувство — выше чувства: мгновение, когда сердце выходит из берегов.
Марина Цветаева
Сон задрожал, взлетел полуночной птицей.
Что оставалось? Тихо под нос шептать
суры Корана. Видеть улыбки, лица,
помня, что смерть платила всем по счетам
Давит подшлемник. Хмурый майор Садыков
грязной перчаткой долгий зевок прикрыл.
Там, где его бойцы, поживи пойди-ка,
кровью поблюй, поумничай - чей там Крым.
Скинул перчатку, трëт докрасна надбровья.
Утро - ясней, но боль обожгла висок.
Зябко. Декабрь. Светило сочится кровью,
слабым трëхсотым выползло. Вспомнил сон.
Всё отошло так, словно бы щëлкнул тумблер:
ночь, темнота, ждёт женщина. Он успел
сделать лишь шаг навстречу. Проснувшись, умер.
Мëрзлая степь - жена, а блиндаж - постель.
Прочь отогнал видения: "Ша! Забыто!".
Жмëт на тангенту, сипло даёт добро
тем, кто остался жив. Хрипит неубитым
(то - что обычно), выболевшим нутром.
Ночью был сон, он лютым врагом пытал и
трясся душевный ливер - чужой, немой:
прибыл живым Садыков, звенят медали,
плачет жена. Не короток путь домой.
3. Творячество
В пламени вдохновения всё достигает предела –
и тогда кисть не слушается, но творит.
Винсент Ван Гог
Во, блин, – творю шедевр на конкурс!
Я б все призы завоевал,
соперникам намылив холку:
наи́тиев – девятый вал...
Давай-давай! Фигачу рифмы.
А смысл? Ах, да – про что-то там...
Читатели? По бо́шкам их мы! –
мой опыт – не под хвост котам.
Редакторо́в талантом шлёпну,
стишатами перекормлю...
Щёб ихний список, к чёрту, лопнул!!!
Азарт на дню – аля́-улю!
Душа возносится на небо,
момент экстазнее, чем смерть:
поэзодрайв, бушуют нервы –
апофеоз! Хотеть и сметь...
4. Тем, кто прошёл сквозь тьму
Нужно прыгать с утёсов и отращивать крылья по пути вниз.
Рэй Брэдбери
Время такое – лететь, но лететь без крыльев,
медленно падать, с обрыва срываясь в грязь.
Может, когда-то была я смешной и сильной,
в позавчерашней реальности, не сейчас.
Падать не страшно, страшнее упорно думать,
что был напрасен тот выстраданный полёт.
К солнцу хотелось, но ливень, как чёрт угрюмый,
свет перекрыл, пререкается, достаёт.
Падает небо, а с небом ещё надежда.
Вдруг кто-то ввысь потянул к ледяной луне.
Ангел на крыльях, но вовсе не белоснежных –
грачьей окраски, ершистых ночей черней.
Он рассказал, что срывался с обрыва тоже,
помощи божьей и даже людской не ждал.
Бог не услышал – был очень силён, похоже,
нижний липучий, манящий к себе астрал.
Демон вне правил всегда: в одиночку, с болью
ищет не хоженный ранее острый путь.
С солнцем легко, но сложнее с самим собою
через дожди пробираться, их зная суть.
...Крылья у падших иные, в них свет кометы,
зрелость луны и весомые "потому".
Если ты в жизни не можешь найти ответы,
лучше спроси у того, кто прошёл сквозь тьму.
5. Бирка
Самое страшное — полностью принять самого себя.
Карл Юнг
Меня потеряли в роддоме.
Искали-искали – и вот
решили: наверное, помер,
раз голоса не подаёт.
И плотно, что килька в рассоле,
в младенческом шумном строю
лежал я, молчал и мусолил
наручную бирку свою,
а в ней – полустёртых два слова:
прочёл бы – читать я умей.
Терялся я снова и снова
в оставшейся жизни моей.
Чем дальше, тем не-
постижимей
казался себе самому.
Я рекрутом старорежимным
сбежал, между тем, на войну
с народами Абракадабры -
и в списках героев воскрес,
в сражении пав смертью храбрых
без бирки,
без родины,
без…
6. Девятый вал любви
Что нас не убивает, делает нас сильнее.
Фридрих Ницше
«Любовь»... Что может быть нелепей?
И что мощнее может быть?
В ней нет и тени благолепий –
«Эй, геть сюдыть, мужская сыть!»
Но чтобы было всё красиво,
мы лирику изобрели:
поэтов «чуйство» укусило –
и пишут чёрт-те-что, врали́...
Мы – демоны с картинок Босха:
красоткам впариваем весть,
и думает мужик не мозгом –
чуть-чуть пониже деспот есть.
Идём «налево» – флирт заводим,
направо – сказки городи́м:
у нас стиль «мачо» зверски моден...
«Ну ты кобель!»? Не я один.
А сдерживать себя не надо –
ина́че нафиг нам экстаз?
Девятый вал! – любви торнадо:
ну, бабы... вот я вас сейчас!
7. За гранью
Истинное отчаяние — в невозможности решиться.
Альбер Камю
Ты плачешь, буквально валяясь в ногах:
"Прости, без тебя я копейки не стою!"
Нелепый и всё же любимый... Но как
поверить и снова вернуться в былое?
Где день - это рай, а второй - тихий стресс
во тьме подозрений, намеков и злости.
Потом выползает твой внутренний бес
и вкрадчиво шепчет: "Попробуй - не бойся!"
Затем наступает минута, когда,
срываясь с катушек, "карающей дланью"
ты бьёшь беспричинно... И входит беда.
В висках громыхает: "За гранью, за гранью..."
И это не просто семейный скандал -
в тебе столько злобы и бешеной силы!
Мой мир обесточен, убит наповал,
и раны в душе не замажет консилер...
И вот в сотый раз говоришь: "Виноват".
И плачешь, и просишь простить и поверить,
но знаем мы оба, всё - только слова....
И я убегаю - не заперты двери.
"Спасайся!" - усталое сердце кричит.
А солнце снаружи - как в песне Карузо.
Но тянет назад, где в одной из личин
уже поджидает любимый абьюзер.
8. Опупеоз судьбы
Судьба – это желание, доведённое до предела.
Гюстав Флобер
– Опупеоз, предел желаний –
играют нервы и очко?
И нехрен ныть мне «ма́ни-ма́ни...» –
вали отседова бочком!
Дурак, я – честная давалка,
таких на весь вокзал – штук пять.
Что, сукин сын, капусты жалко?
Мне некогда с тобой болтать.
Да ты совсем, похоже, сбрендил? –
царице предлагать гроши!
Ну ладно, я ведь – не из вредин,
добавь ещё – но не смеши...
(Эк классно развела лоха́ я:
адреналин – девятый вал!..)
– Цифирь, пожалуй, неплохая...
ну-ну... По карте или нал?
9. Звонок
Самые важные чувства — те, которые переполняют нас до боли.
Пауло Коэльо
Снова накроет под утро - нежданно, вдруг -
чувство, что я - только гость, позабытый где-то.
Память врывается сотней холодных вьюг
в сердце и в город, где солнце и вечно - лето.
Ты бы сказала: "Без драмы! Какой пустяк.
Если не вылечит время - привыкнешь к боли".
Что ж, привыкаю, но всё без тебя - не так.
Я становлюсь старым циником, поневоле.
Солнце прольёт оранжад на изгибы крыш,
Тронет лучами потрёпанный томик Блока.
Знаю, напрасно звонить - ты давно молчишь.
Мне же сейчас до безумия одиноко.
Время застыло в плену бесконечных лет,
вечная тишина - и поспорить не с кем.
Я набираю твой номер. "This line is dead...", -
голос ответивший кажется слишком резким.
Небо пунцовое, словно варёный рак,
На проводах Лакримозу играет ветер.
Там, наверху, со звонками - большой напряг,
Видишь - звоню, но не можешь уже ответить...
10. Край
Самое страшное – полностью принять самого себя.
Карл Юнг
На берегу усталых волн
стою я, смутных мыслей полон:
на рифах мой житейский чёлн,
давно не жгу сердца глаголом,
нет ни любимой, ни друзей –
лишь годы выстроились стадом,
мычат: «Дедуля, не борзей!»,
а старый кот скребётся рядом.
Куда теперь? Да и зачем?
Жизнь прожита, и – не воро́тишь...
Для нынешних я – Полифем
из архаических урочищ.
Не нужен никому, смешон,
лишь занимаю чьё-то место.
Для малышни́ – из ряда вон:
«Глянь – Дед Мороз!» – нелепо, честно!
От этих мыслей я устал,
«Ты где, рука судьбы святая?» –
и ярости девятый вал
меня в клоаку дня сметает.
11. Снегопад
Нужно прыгать с утёсов и отращивать крылья по пути вниз.
Рэй Брэдбери
Суровой нитью сшито бытие,
Ещё и подогнать бы по размеру…
Шкварчат котлеты в масле на плите,
И брызжут на цветастую портьеру.
В кастрюле рядом - стынет картофан,
И плачут окна от жары и пара.
Ещё не вечер, но блестит стакан,
И матово бликует лак гитары.
Бежит секундной стрелки чёрный штрих,
Подталкивая время понемногу.
И снегопад как будто бы затих,
И город тоже, вроде, слава Богу.
И, кажется, уже предрешено
Всё, что случится с нами и не с нами.
Пока сидим и пьём с тобой вино,
Декабрьский снег шьёт наискось стежками
Темнеющий, отверстый зев двора
И окна, и печальный стон аккордов.
А, может быть, и нам уже пора,
Пока судьба бежит строкою Ворда?
И мы ещё успеем, может быть,
Сойдя куда-то в ночь на полустанке,
Почувствовать, как остро пахнет сныть,
И колет шею сено спозаранку…
12. Переломный момент
Мир ломает каждого,
но многие становятся сильнее в местах излома.
Эрнест Хэмингуэй
Кудыть ты ломишься, Гаврила?
С цветами к даме и с кольцом?
Утри сначала слюнки с рыла –
любовь, женитьба... Сладкий сон.
Не видишь – я́ её танцую!
Потом продолжу угощать.
Не ты, а я́ влеку в пивную,
а после, может, и – в кровать!
Нафантазировал три тонны –
и водишь томно передком:
«в судьбе моментец переломный»...
А если вправду перелом?!
Ишь, распустил пету́ший хвостик –
ну ты, Гаврилище, хорош...
Вот ща переломаю кости –
будь счастлив, если не помрёшь!
13. В полёте
Нужно прыгать с утёсов и отращивать крылья по пути вниз.
Рэй Брэдбери
У всякого вранья от ворона крыло,
а ты лукавишь будучи блондинкой,
не понимая, как мне тяжело
от ревности и страсти полудикой.
С тобой под музыку - в небесный окоём.
Теперь, в полёте, будем расставаться.
Какие вальсы могут быть втроём?
А без объятий, разве это вальсы?
Падений взбалмошных блистал парад-алле.
Грехи дорогу в небо перекрыли.
Чтоб не лететь стремительно к земле
я тоже отращу вороньи крылья.
14. Чмок!
Жизнь – это мгновения, и каждое требует решения.
Иван Бунин
Бурлит девятый вал забот –
навис над старенькой хрущёвкой:
«Огрёб от тёщи, идиот?
Так подставляй другую щёку!
Вновь засорился унитаз,
и "Вискас" у котяры вышел,
Мухтару нужен глаз да глаз,
в ведёрке мусор – выше крыши...
Работа в лес не убежит!
Изволь и дома потрудиться,
авось патриархат изжит –
у нас тут всё ж таки столица.
Да, кстати! – петли две́ри смажь,
и выбей коврики – пора ведь...
А мне сегодня на массаж,
и макияж хочу подправить.»
15. расставание
Разум сам по себе может сделать раем ад и адом рай.
Джон Мильтон
расставание
расстояние
...и эта зима в лето канет
я у окна
видишь
деревом-истуканом
замерла
застыла
вросла корнями
кора тянет
солнечный свет
каплю за каплей влагу
если из моей древесины
сделать бумагу
она будет пахнуть
сигаретным дымом
вчерашним снегом
медовыми красками сына
сын подходит ко мне
сгоняет
с шелестящей кроны
страшных закоченелых
птиц тоски – чёрных
кормит и гладит – белых
16. По воле случая
Случай — псевдоним Бога, когда тот не хочет подписываться.
Анатль Франс
Судьба ли в этом виновата?
Не докопаться до причин.
Счастливый случай свёл, сосватал,
Несчастный – снова разлучил.
А знаешь что? Так нам и надо –
Друг к другу были мы глухи.
Случайно выпала награда,
Законно – плата за грехи!
Пускай знакомые судачат,
Что мы, мол, упустили шанс.
Скажи, погоня за удачей –
Рулетка или преферанс?
Чудесный случай надоумил,
Нелепый – разума лишил.
Так что же получилось в сумме?
Давай подсчитывать гроши:
Познали счастье – слава Богу!
Несчастье – Боже, дай нам сил!
Пришли к разумному итогу:
Не верь, не бойся, не проси.
17. Бельё
Жизнь — это мгновения, и каждое требует решения.
Иван Бунин
То жарит в России, то парит и льёт,
То льдом закуёт рубежи.
Трясясь, на балконе развесишь бельё,
Жестянкой оно дребезжит.
Не спится под вьюжный, навзрыд, обертон,
Белья оркестровую жесть.
Ты спросишь: «А в этом хорошего — что?»
Отвечу: «Ну, что-то, да есть».
На санках везут ребятню в детский сад,
По снежным траншеям-путям.
Спят мальчики-зайчики, девочки спят —
Мороза боярыни прям.
А ты — на работу: планёрка, отчёт,
Не шутка — конец декабря.
В России не часто услышишь: «Цейтнот»,
Другое у нас говорят.
Пошли мне, немного прошу, Боже мой,
За труд от звонка до звонка,
Маршрутку резвей, чтоб без пробок домой.
Но нет, посылает щенка.
Пойдём, бедолага. Есть каша и суп.
Наестся от пуза и всласть.
И вот, разомлевший, зевает во всю
Щенячью пятнистую пасть.
В России не скучно. Мы будем вдвоём
Жить эту нескучную жизнь.
Тут вспомнишь вдруг: боже… неделю бельё
На диком ветру дребезжит!
И в комнату хворостом тащишь бельё,
Как чукча в натопленный чум.
Запахнет таёжной промёрзшей землёй,
И снегом, и хвоей — чуть-чуть.
18. Крылья
Нужно прыгать с утёсов и отращивать крылья по пути вниз.
Рэй Брэдбери
А за плечами всё саднят и беспокоят
большого неба не коснувшиеся крылья.
Твоя мерцающая факелами Троя
давно лежит под слоем копоти и пыли.
Ты не попробовал, не взял кредит на смелость –
и свёл к нулю все опасения и риски.
А так хотелось слиться с ветром, так хотелось,
и серебристая лазурь плыла так низко.
Всё, без сомнения, могло быть по-другому,
но ты прохладному рассвету не поверил.
Завязнув по уши в безветрии Содома,
твердил, что крылья – это так, всего лишь перья.
Дышали свежестью засеянные пашни,
и облака над сонным городом белели…
Ты был готов к прыжку, но стало очень страшно.
Позднее понял –
может быть еще страшнее:
вдоль монотонных троп растущая осока,
бесцветный День Сурка – восьмой, двадцатый, сотый...
в тебя глядящее с издевкой и упреком
тобой не познанное небо – ни на йоту.
19. Пенелопа
Самое страшное — полностью принять самого себя.
Карл Юнг
Когда домой приду под ночь
бухущий в жопу,
обматерю и мать, и дочь,
и пенелопу,
что мужа, сына и отца
сто лет встречала,
да он сегодня слегонца
взгрустнул, сучара -
поход с утра не задался,
смурна Россея,
и муза пухнет на сносях
от одиссея
а пенелопа ждет и ждет,
считая годы,
где мать, и дочь, и прочий сброд
не примут роды,
но в том и суть, но в том и жуть,
что лишь во мраке
я создаю, не обессудь,
детей Итаки,
когда домой приду под ночь
бухущий в жопу,
родив стихи, и мать, и дочь,
и пенелопу.
20. Такой странный случай
Жизнь - это мгновения, и каждое требует решения…
Иван Бунин
Жизнь беспощадно наносит раны…
Радости дарит – наперечёт…
Это мгновенье было странным,
словно толкнуло меня в плечо,
словно шепнуло: «Решайся, ну же,
исподволь ласкою посвети,
может быть, именно он и нужен,
этот прохожий, чей взгляд грустит…»
Встречи, случаясь, скользят по кругу –
или уводят в далёкий скит…
Мы обернулись, даря друг другу
нежность несмелую…
И в силки
сразу попали, где воздух вздрогнул,
замер – и словно в единый ритм
бросил судьбу, что уже в дороге
к нашим сомнениям…
Посмотри:
солнце – иное, и даже тучи
дарят окошки, где светит синь…
Странный такой приключился случай,
вроде никто его не просил…
Дождь пробежал по чужой террасе,
вечер окрасив в цвета любви…
Помнишь: «Мгновение, ты прекрасно!»
Будь милосердным: оста-но-вись…
21. О текущем моменте
Самое страшное — полностью принять самого себя.
Карл Юнг
Как-то медленно и вяло протекали раньше годы, будто крыша на веранде под названием «Союз». От квартала до квартала, от детсада до завода по звонку и по команде в рамках самых прочных уз.
Только это как бы в прошлом. Это всё уже забыто. Может быть, оно и было, но не с нами и не здесь. Смертный бой со строем пошлым дал разбитое корыто, а двадцатый век на мыло шёл и вскоре вышел весь. Все мы вышли - из народа. И отправились на рынок. Торговали чем попало, а точнее, чем могли. Мысли мучили природу: что за пир в разгар поминок? Только толку было мало, если скромен и пуглив.
Мы цунами не считали - может, девять, может, двадцать. Мы ковали возле кассы, ни на шаг не отходя. В результате столько стали – не устанут удивляться по европам папуасы каплям нашего «Дождя»! Вал товаров неликвидных нам Китай давно поправил, а индусы просят бури исключительно на «Су». За державу не обидно. Пусть не самых честных правил, дядя наш - реально Рюрик, а не палец, что в носу.
Мы теперь с усами сами - хоть седыми, да своими. Наш урок прошёл недаром - все коровы под седлом. Но весной готовить сани - отродясь, да и в помине - нам, потомственным татарам, это как-то западло. На повторной пере-стройке дров совместно выше крыши наломали мы, похоже, с саблей голой на коне...
Не умеет «птица-тройка», чтобы шагом да потише. Выжить – может, сгинуть - может, но отнюдь не в тишине.
22. До востребования
Самые важные чувства — те, которые переполняют нас до боли
Пауло Коэльо
Мне сегодня сказали, бабуль:
в небесах заработала почта.
До сих пор это было табу -
ни письма, ни открытки, ни строчки.
Только, глядя в пустое табло
бесконечного тёмного неба,
я гадаю: тебе повезло?
или рай - это глупая небыль?
Вся твоя скоротечная жизнь -
что там было? Рассказы О.Генри?
Ну, пожалуйста, ба, расскажи:
вальсы Штрауса были, наверно?
Ты мечтала о жизни иной -
с женихами, любовями, флиртом?
Ты в войну не играла с войной,
а бежала в теплушке сибирской,
подхватив барахло и детей.
А потом, после мрака и боли,
ты не думала о красоте?
Ни о чём не жалела ты, что ли?
До рассвета еще целый миг.
Я пишу, ожидая ответа.
До тебя мне примерно сто миль,
и мгновенье всего до рассвета.
23. Виват!
Судьба — это желание, доведённое до предела.
Гюстав Флобер
У этой повести начало
Гораздо лучше, чем конец.
Оно навеки обвенчало
Однажды парочку сердец.
И были эти двое оба
Неимоверно влюблены -
От взгляда первого до гроба,
От солнца утром до луны.
Как две молоденьких газели,
Резвы, изящны и стройны.
На них прохожие глазели,
Пытаясь взглядом приструнить.
Во-первых, молоды уж больно.
Не пара вовсе, во-вторых:
У них в роду сплошные войны
Причем в ответ на каждый чих.
Но истово, как любят дети,
Когда предел мечтаний ждут,
Любил Монтекки Капулетти,
Начхав на взрослую вражду.
И пусть закончилась неважно
История – не повезло,
Виват безумию отважных,
Что любят всем смертям назло!
24. Песня дронов
Случай — псевдоним Бога, когда тот не хочет подписываться.
Анатоль Франс
Мы не любим дождь и ветер.
Прояснеет — «Ай-люлИ!» —
Траекторию наметим,
Пилигримы-короли.
Спляшем в небе тарантеллу,
Вальс, мазурку и гавот.
Вступят в бой за наше тело
Дронолов и дроновод.
Оператор знает прогу,
Как жену. Лукавый бес!
На ноге короткой с Богом —
Мина, госпиталь, протез...
Ливни, сплетни моют кости.
Тут ни купишь, ни продашь.
Без звонка заходим в гости,
Если рот открыл блиндаж.
Небеса за всё в ответе,
Но никто не отменял
Маскировочные сети,
Перехватчик и мангал.
Для своих мы побратимы
И победы повара.
Тараканьему хитину
Покажи кулак добра!
Всё непрочно, что порочно.
Не разрушим — накреним!
Долетим до цели точно.
Да поможет псевдоним!
25. Perpetuum mobile
Что нас не убивает, делает нас сильнее.
Фридрих Ницше
Девятый вал, девятый вал,
Он всех уже заколебал -
Что ни минута, то аврал
Грозит обвалом.
Опять, зараза, набежал,
И вся надежда - на «кинжал»,
Хотя понятно и ежам:
«Кинжалов» мало…
Мы вышли в море на заре,
Когда Октябрь огнем горел.
Нам нужно было позарез
В иные дали.
А после вышел комом блин -
Потопли наши корабли,
И мы на шлюпках погребли,
Куда не знали…
Но мы ж не лыком шиты, чай -
Приплыли, как бы невзначай.
Встречай, Америка, встречай
Татар - до кучи!
Поскольку, если не осёл,
Чтоб только вырваться из сёл,
Махнешь не глядя наше всё
На что покруче…
На нефти зиждется казна,
И вышла боком крутизна.
Наверно, все же это знак –
Работать надо.
И дохнут лошади на раз,
В далекий путь качая газ,
Под мерный грохот громких фраз
В разгар парада…
Подспудно гложет мысль: «На кой?»
Но только снится нам покой -
Оздоровительный такой,
Но только снится.
Сорвался целый мир с цепи.
Теперь терпи, казак, терпи!
И только пули по степи
Да кобылицы.
26. Ушел
Нельзя плыть к новым горизонтам, не осмелившись потерять из виду берег.
Уильям Фолкнер
Ушел. О нем забыли в тот же день -
Не переделать дел, семья и рынок.
И плавали непойманные рыбы
В тугой воде.
Ушёл. И с каждым шагом тяжелей
Дышать, всё оставляя за плечами,
Друзей и дом. И начинать сначала
В иной земле.
Надеяться - тебя в чужом краю
Все будут слушать - преданно и верно…
Не на кресте, а в луже у таверны
Его убьют.
27. Предполётное
Нужно прыгать с утёсов
и отращивать крылья по пути вниз.
Рэй Бредбери
Я – котиандр, хвостатый деспот,
владыка миски и лотка.
Мне в ваших комнатушках тесно –
с двуногими жизнь нелегка...
Деру обои, ножку стула,
могу и лужу дарова́ть –
я не какой-то Чака-Зулу:
мурлычащая благодать!
Но – март, высокие желанья
на чёрт-те-сколько этажей...
Предмет вселенского терзанья
в мечтах всё жарче и рыжей.
Окошко в мир – дорога к раю,
девятый вал любви зовёт.
Упасть? Вороны, вон, – летают!..
Открыта форточка... В полёт!
28. Чёрные квадраты
Что нас не убивает, делает нас сильнее.
Фридрих Ницше
Погода, как положено, плохая.
Я с этой мглой давно уже на ты.
Квадрат окна – Малевич отдыхает –
вмещает столько вязкой темноты,
что тонут в ней дворы, деревья, люди,
тепло домов и улиц холода.
И всё, что было днем. И всё, что будет.
И всё, чего не будет никогда.
Нет-нет, я в сказку верю, безусловно.
В Мороза, фею... в вечную любовь.
Но всё молчит на полке глупый слоник,
на Рождество подаренный тобой.
И ёжик, не колючий, но стеклянный
по-прежнему глазеет в зеркала.
Молчит тряпичный лев. И рыбка в ванной
покуда никуда не уплыла.
Молчит себе, на столике синея,
блокнот, что был твоим. Теперь ничей.
Я стала леденее и сильнее
за эти триста прожитых ночей.
Казалось бы, зачем мне эта сила,
мы так близки - водой не разольёшь?
Но всё прошло.
Как видишь, не убила
меня твоя убийственная ложь
колючих слов, холодных и никчёмных.
Теперь, как героиня мелодрам,
я по ночам в густых квадратах чёрных
тону.
И выплываю по утрам.
29. Выйти из берегов...
Есть чувство – выше чувства:
мгновение, когда сердце выходит из берегов.
Марина Цветаева
Я, ваша честь, скажу, как есть:
дал жёнушке немного в рыло.
Нет, не насилие, не месть –
фактически уговорила!
В тот день я прямо кайфовал –
летел, спешил к моей султанше:
кипел любви девятый вал...
С работы отпросился раньше.
Рассчитывали – не приду?
Но я пришёл и – поимей-ка!
Застал на даче их, в саду...
Штаны валялись под скамейкой.
Ну, врезал... Выпросила, блин!
А что, скажите, было делать?
Век не видать таких картин –
чуть пар не шёл у ней от тела!
Где «кадр»? Мне б Рафаэля кисть...
Он из кустов ругался матом.
... И не́ча на меня валить –
ни капли я не виноватый!
30. Полшага до весны
Что нас не убивает, делает нас сильнее.
Фридрих Ницше
Кажется, перебесимся -
было уже такое.
Снег под ногами - месиво,
и не хватает коек
звёздам, больным ветрянками.
Кто их зелёнкой мажет?
Ёж и медведь протрямкали
много всего. Неважно,
сколько ромашек сорвано,
сколько венков сплели мы.
Вновь прорастают сорные
фразы на грядке длинной
будней. И звезды падают,
только мечты пропали.
Тупо рисую радугу
в душном пустом подвале,
чтобы, приставив лестницу,
к небу приклеить клеем.
Кажется, перебесимся.
Верится, отболеем.
Сказка, в которой страшно нам,
хоть и неинтересно.
Мир - монохром гуашевый,
присно и повсеместно.
Лёд под ногами крошевом,
ветер взвывает шало...
Не раскисай, хороший мой!
Нам до весны полшага.
31. Об эпиграфе
Разум сам по себе может сделать раем ад и адом рай.
Джон Мильтон
У англичан забавный разум,
диалектический весьма.
Похоже, речь о садо-мазо...
А может – «горе от ума»?
Бурлит девятый вал вопросов
в моей немытой голове.
Ответить? – Срочно, кровь из носа!
Инсайт важнее, чем лавэ...
Но главное – при чём тут «разум»?
Скорей инстинкт... тестостерон...
Нелепей не встречал ни разу –
в кошмарном сне возникнет он.
Эпиграф хрясь! – и раздербаню:
мы после рюмочки круты́...
Авторитет? А шёл бы в баню!
Нам что «мильтоны», что «менты».
32. Безумец
Нужно прыгать с утёсов и отращивать крылья по пути вниз.
Рэй Брэдбери
Безумец он, по мнению соседей, большой чудак, по мнению друзей. Дела стоят – да так, что крыша едет, поскольку разгильдяй и ротозей. Нет ни шиша, вещей нательных кроме, да и живет почти что в шалаше. Он всё и вся на свете проворонил под наглый писк непойманных мышей.
Он был женат, кажись, четыре раза, все - по любви, до гробовой доски. Но каждый раз в конце звучала фраза, что с ним подохнуть можно от тоски. Ни заграниц, ни шубы, ни квартиры - одни кресты на девичьей мечте. Мол, у него не те ориентиры и ценности какие-то не те. Достаток в доме день-деньской не множит, а если множит - курам на «хи-хи». И по ночам отлынивает тоже, уйдя из ложа брачного в стихи.
Разводы били каждый раз по почкам, тушили свет в окне, лишали сил. И в тишине дрожали гулко строчки: Я вас любил… Ах, как я вас любил!...
На этой почве старится до срока, из нервных клеток сыплется песок. Но твердо верит, принесёт сорока благую весть, коль дать сороке срок. Видать, попутал бес в ребре вопроса: чтоб отыскать единственную «ту», готов сигать с отвесного утеса, отращивая крылья на лету.
33. О конце света
Случай – псевдоним Бога,
когда тот не хочет подписываться.
Анатоль Франс
Простой небесный ангел я,
у Гавриила на посылках –
давал пророкам шенкеля,
на лжеученья зубом цыкал,
катил божественности вал
на вас, праправнуков Адама,
крылом мордасы набивал
(мне похрен – хахаль или дама).
Короче – был, как все в Раю:
начальству предан и активен;
в святом хору́ псалмы пою
в патриотическом порыве.
Но – постарел: семь тысяч лет...
Пора бы на покой, но – дудки!
Сейчас пишу слова (поэт?..)
на трубный глас, премного жуткий.
Не в «дудках» ужас, а в трубе:
ей Гавриил «Капец!» сыграет,
и рухнут на башку тебе
сто гигатонн «земного рая»...
«Случайность», людям на беду,
всё ближе и благословенней –
катит в Раю, как и в Аду,
девятый вал приготовлений.
34. Сказочное
Жизнь — это мгновения, и каждое требует решения.
Иван Бунин
Ты веришь в сказку?
Сказка – та же проза, вплетённая в седые декабри.
Снегурочка сердита на Мороза. Он ей коньки не хочет подарить.
Она о них мечтала, дни и ночи от Дедушки подарочка ждала.
Всем дарит что угодно. Ей – не хочет. Мол, некогда, и пенсия мала…
Вон, у Серёжки с улицы Советской мамаша злая, батя редко трезв.
Туда явиться, значит, повод веский: нужна Серёжке куртка позарез.
А по соседству девочка Наташа не спит, всё время плачет за стеной.
У девочки Наташи – сильный кашель. Ей срочно нужен шарфик шерстяной.
Варюшке вот купил печенье к чаю. Её лекарства долги и горьки.
«Не обижайся, внучка. Обещаю: когда-нибудь куплю тебе коньки…»
Снег падает с темнеющего неба, знать, хочет землю выбелить скорей.
Снегурочка не помнит столько снега за все свои пятнадцать декабрей.
Такая сказка каждому знакома. Зима - снежинка в снегопаде зим.
И катятся мгновенья белым комом...
Мороз выходит вечером из дома.
И семенит Снегурочка за ним.
35. Волшебная гора
Нужно прыгать с утёсов и отращивать крылья по пути вниз.
Рэй Брэдбери
"Люблю, люблю, трамвай куплю! - он говорил всерьез.
-Звезду с небес? Да я тебе достану сотни звезд!"
Она сказала: "Знаешь, есть волшебная гора,
с неё шагаешь в пустоту, забыв про слово страх,
и тут же за твоей спиной возникнут два крыла,
до звёзд помогут долететь...." Он хмыкнул: "Ну, дела.
Пойду попробую, ты жди, надеюсь, я вернусь".
А про себя подумал: "нет, любовь - ненужный груз..."
...
...как будто сжался мир слегка под грустный саундтрек,
смотрело небо как идёт куда-то человек.
Иван Петрович Купидон налил в стакан компот...
"И этот струсил, времена... поизмельчал народ".
36. Сократ и SMS
Самые важные чувства — те, которые переполняют нас до боли.
Пауло Коэльо
Моя любовь сильней твоей стократ.
Какая глупость! Например, Сократ,
услышав это, сразу бы ответил:
сильней, слабей - она хотя бы есть.
Мостится солнце, чтоб удобней сесть
в большую лужу моря. Тёплый ветер,
на кипарис взобравшись, шелестит
на диалекте долгого пути -
чу-чух, чу-чух. В купе опять не спится.
Пишу "привет" - как будто "исполать",
хоть знаю, что не буду посылать,
поскольку чушь. У сонной проводницы
спрошу не книжку, так хотя б журнал…
Уже приехал. И тебя узнал
в толпе три раза и в метро четыре.
Уснул в такси, во сне летел, бежал.
И добежать хватило б куража,
но разбудили. Снова дни пунктирят -
один, второй, осталось двадцать пять.
Я представляю, как смогу обнять.
И рассказать о силище стократной
своей любви... Но телефон молчит.
И я, похоже, потерял ключи
от той квартиры, где не ждут обратно.
37. Дубль
Нельзя плыть к новым горизонтам, не осмелившись
потерять из виду берег.
Уильям Фолкнер
Там где родился, там и рай - неактуальный слоган.
Мир перестроен тысячу раз, тысячу раз сломан.
Перегнивают в труху в углах остовы малых родин,
Перемешались в умах Аллах, Ра, Иисус и Один…
Перемешалась людская речь, мысли, как люди-клоны.
Только уже появился меч в небе над Вавилоном.
Крошится башня, трещат леса - снова расчет неверен -
Сгинет пустыня, будет сад, древнего моря берег..
Будем зубами вгрызаться в лед, истово в вечность воя,
В час, когда мимо ковчег пройдет с ветхозаветным Ноем.
38. Фантомные боли
Величайшая радость и величайшая боль — всегда рядом:
это края одного и того же пламени.
Иоганн Вольфганг Гёте
Счастье – это когда ничего не болит,
Если стар, а к тому же и болен.
И уже не летишь, как по небу болид,
Запивая мечты алкоголем.
Хоть когда-то давно был и я рысаком
И в капусте резвился - как козлик,
Предвкушением радостным за нос влеком:
Счастье - рядом, практически возле.
Из запретных плодов пил сладчайший компот
И закусывал ими же сразу.
Их не евший навряд ли когда-то поймёт,
Как пленительна эта зараза.
Были встречи - на месяц, на день и на час,
Но ничто не проходит бесследно.
Словно Плюшкин, всего накопил про запас,
Только вид у стяжателя бледный.
На работе сердечной реально горя,
Безопасности принцип нарушив,
Всякий раз от себя самого втихаря
На кусочки разделывал душу.
А теперь - ни души, и, кричи не кричи,
Я один на один с алкоголем…
Счастье – это когда в опустевшей ночи
Есть хотя бы фантомные боли.
39. Местный лемминг
Нужно прыгать с утёсов и отращивать крылья по пути вниз.
Рэй Брэдбери
Хватит влачить существование жалкое!
Спать на ходу, жить из-под палки,
тупо ходить каждый день на работу,
постить в Тик-Токе котов и енотов.
Важен полёт! Старт навстречу мечте,
риск безрассудный, громкий протест —
крылья отращивать, спрыгнув с утёса
(смело, как лемминг), без страха, без спроса.
Ветер подхватит, восторг окрылит…
— Только соломки внизу подстели.
— Кто вы такой? Не срывайте полёт!
— Я местный лемминг, а Брэдбери врёт.
Прыгать с утёса в расчёте на крылья —
самонадеянно и инфантильно.
Лемминги, кстати, с утёсов не скачут.
Вы же не лемминг, вперёд и удачи!
*Информация, что лемминги массово сбрасываются со скал и утёсов
не нашла подтверждения у зоологов… и у самих леммингов.
40. В недобрый час
Самые важные чувства — те, которые переполняют нас до боли.
Пауло Коэльо
С добрым утром, мой недобрый час!.
Я стою не поднимая глаз.
С неба эсэмэской шлют отказ -
мелким шрифтом: шли бы вы куда-то,
делать дело или что ещё,
кроме завываний, что прощён
будет тот, кто не жалеет щёк…
Хорошо, что не послали матом.
Снег прошёл, засыпав всё вокруг.
Я готовлю будни на пару,
а коты на улице орут,
что, едва начавшись, надоела
эта беспросветная зима.
Но отваги им не занимать,
и к тому же скоро будет март,
так что – поживём! Рисует мелом
на окне мороз цветы и сад.
В вазочке варенье, и оса
кружится, и вот бежит спасать
от осы меня, варенье, вечер
кто-то очень нужный, очень ва...
Просыпаюсь, словно кто-то звал.
На меня идёт девятый вал
безнадёги. И спасаться нечем.
41. Аленький цветочек
Там, где исчезает возможность выбора, исчезает и страх.
Виктор Гюго
Несуета и несвобода,
И не приходит Новый год.
Растут четвертый подбородок
И всеобъемлющий живот.
Судьба любимых младших дочек –
Нас от конфет разносит вширь...
Просила аленький цветочек,
А получила монастырь.
Что дальше – старость и морщины?
А впрочем, девочка, не ной.
Здесь все же есть один мужчина,
Пусть некрасивый и больной.
Сидит, закрывшись в старой башне.
Как затащить его в кровать?
Он некрасивый, но нестрашный.
Попробую поцеловать.
42. Потёмки
Самое страшное — полностью принять самого себя.
Карл Юнг
Ах, эти темные аллеи
Моей бомжующей души,
Где сам себе шепчу: «Смелее!
От ужаса в аллеях млея,
Цыплят осенних не смеши!
Гони взашей котов, скребущих
Больную вдоль и поперёк!»
Но тьма, кромешной ночи пуще,
С упёртостью стены несущей
Давно зашла на огонёк.
И поселилась, невзирая
На мой решительный протест,
Взамен потерянного рая
На фоне полного раздрая
Суля темнейшее из мест.
Я думал раньше, так и надо:
Война в Крыму - и всё в дыму
Под шум застолий до упаду,
Под крики: «Автор, выпей яду!»
И тексты песен «Звуков Му».
Когда ни в жизнь не можешь въехать
В незримый смысл нелепых фраз,
Что в обморок Эдиту Пьеху
Стране бескрайней на потеху
Роняли больно и не раз.
Ну а потом призвал к ответу
Условный жареный петух:
Мол, где же свет? А света нету.
Ввиду тотальной смуты в сметах
Он был посажен на диету,
А там и полностью потух.
43. Петербург наших пург
Ад - это мука не любить больше.
Федор Достоевский
Так мело, что все метания
Обрывало на сопение.
Обводило и фонтанило,
Грибоедя, мойку пенило.
Ave, Питер! Ave, юноша!
Авеню шального Невского
Колобродила придурошно
И вела к разрыву резкому.
Нас увидели свободными
И запомнили крылатыми
Эти крыши с дымоходами,
Эти здания с парадными.
Гениальностью отмечена
И реальностью измучена
Оставалась достоевщина,
Доставалась расстающимся.
Переулки перелистывай,
Забеляя память дочиста.
За пургой пурга пуржистая –
Ад, а дальше ад-и-ночество.
44. Из жизни ворон
Самые важные чувства — те, которые переполняют нас до боли.
Пауло Коэльо
В синем небе белый самолёт.
Мы с тобой попали в переплёт,
две седые глупые вороны.
Самолёт летит в своё гнездо.
Ты ж идёшь, сутулясь, в новый дом.
Я - к другому берегу паромом
отплываю. Над рекой туман.
Берег - скалы, шею не сломай.
Дважды в реку - даже и не пробуй.
Посижу, рассвета подожду.
На рассвете за рекой дудук
зарыдает, по звериным тропам
уводя меня же от меня.
Станет лето зиму догонять -
не догонит, слишком мир огромен.
Я сижу на стылом берегу,
и зачем-то в мыслях берегу
всё, что я в реале проворонил.
В синем небе белый самолёт.
Мы с тобой попали в переплёт...
45. *** (Она любила ночь, стихи и звездопады...)
Нужно прыгать с утёсов и отращивать крылья по пути вниз.
Рэй Брэдбери
Она любила ночь, стихи и звездопады.
Читала вслух Басё, Верлена и Рембо.
Родня сказала: «Прочь, поэтов нам не надо,
ты порченая, всё, беги от нас бегом».
И вот она бежит сквозь ельник и рябинник,
а в спину – свист и смех, проклятия и брань.
«Придётся с этим жить, и раньше не любили.
Господь, прости их всех, помилуй и не рань».
Рассветы всё черней, вороньи гнёзда свиты,
оскалы мёртвых лиц подёрнуты снежком.
И Смерть идёт за ней – без фрейлин и без свиты,
возниц и колесниц. Идёт одна, пешком.
А ей и горя нет: огни и звездопады
живут в её стихах, мерцают, ворожат.
И тьма рождает свет, и даже звери рады,
что нет для них греха: ни пули, ни ножа.
Приходит юный лис, и нежный кроха-зайка,
и пара медвежат, и выводок волчат.
Бросает звёзды вниз небесная хозяйка,
слова любви звучат, сердца в ответ звучат.
Но Смерть вступает в лес, шаги её всё ближе,
и ветры студят бор, и птицы не поют.
«Не тронь зверят, я здесь, вот жизнь моя, возьми же,
пусть их не тронет мор, возьми одну мою».
46.Чао, аморе!
Мир ломает каждого, но многие становятся сильнее в местах излома.
Эрнест Хемингуэй
Чао, аморе! Далекий прекрасный край
с белым песком, синим морем и жёлтым солнцем.
Мне и в каморке у Карло не-умирать
в общем нормально: хлеб-воду и пару порций
неба дают каждый день - подкрепись, пиши
строчку за строчкой о классной своей судьбине.
Только старайся красиво и без оши...
Нет, без ошибок не выйдет - на половине
снова срываюсь в патетику и нытьё
о непогоде, немире, неурожае.
Деньги, здоровье, работа и вечный съём,
лето, ромашки, и в задницу шмель ужалил…
Чао, аморе! Далекий прекрасный край
с белым песком, синим морем и жёлтым солнцем.
Я вообще передумала умирать.
Может, фортуна мне всё-таки улыбнётся?..
Сказка дописана, правда, конец плаксив:
стоптаны туфли и платьишко - из обрезков.
Тыква в итоге - такое себе такси.
Миссия «Золушка» вновь провалилась
с треском.
47. Пёстрый арлекин (Atelopus varius)
Самые важные чувства — те, которые переполняют нас до боли.
Пауло Коэльо
Болота глубоки,
болота бесконечны,
там пëстрый арлекин
бредëт в тоске сердечной:
не радует еда
и комары забыты,
студëная вода –
чернее антрацита,
не любит милый друг –
жестокая девица,
но столько жаб вокруг,
что негде утопиться.
Он убеждал еë,
что надо жить в болотах,
что если кто пальнëт,
то из гранатомëта,
что сказки – корень зла
и врут напропалую,
что лягушачьих лап
французы не целуют.
Не верила слезам,
азам, газетным строчкам
и чудные глаза
закатывала молча,
и унеслась в туман,
проквакав что-то вроде:
"подите прочь, болван,
царевич на подходе".
Уйти он был готов
с чертями в тихий омут,
и накропал стихов
на два тяжëлых тома,
с цикутой мух мешал
и с белладонной воду,
когда б была душа –
легко еë бы продал
за верные слова
любви красотке знойной,
и рвëтся "ква-ква-ква"
как больно, больно, больно...
Но веселить квакух –
проклятье арлекина:
он плачет, а вокруг
беснуется трясина,
его ужасен вид,
а им смешно до колик:
нет боли без любви.
И нет любви без боли.
48. Дзен
Есть чувство — выше чувства: мгновение,
когда сердце выходит из берегов.
Марина Цветаева
На улице такая тишина,
что тянет прокричать с балкона "Здрасьте!"
соседям спящим.
Видно дзен познал
какой-то славный малый, кинув снасти,
в небесный омут. Наловил мальков -
и отпустил. А снег летел и таял.
И стало так прозрачно и легко,
Настала жизнь - понятная, простая.
Ложился снег на тёплую ладонь,
и утекало время между пальцев -
словами, небом, звёздами, водой.
И так хотелось в этом всём остаться...
Решил пойти, запарив горсть пшена,
с утра рыбачить - время есть и силы.
На улице такая тишина,
что тянет крикнуть: "Господи, спасибо!"
49. Она танцует
Мир ломает каждого, но многие становятся сильнее в местах излома.
Эрнест Хемингуэй
Она танцует, птицей в небе тонет.
Толпа с неё не сводит жадных глаз:
боса, прекрасна, в греческом хитоне,
где все изгибы тела напоказ.
Ей быть бы глиной в чутких пальцах Бога –
гудит от восхищения Париж!
А у неё в крови бурлит свобода:
раскинешь руки и – летишь, летишь.
Весь мир у ног, расписаны гастроли,
распахивает двери Петербург...
И нет ещё ни горечи, ни боли,
ни ледяных, вдруг задрожавших рук –
когда завоешь: «Дай мне силы, Боже!»
Страшнее нет, чем хоронить детей...
И нет слепой, больной любви к Серьёже:
навзрыд, вдвоём – но каждый в пустоте,
где только шаг к петле от поцелуя.
Где никого из близких не сберечь…
… Ей рукоплещет зал. Она танцует.
И длинный шарф соскальзывает с плеч.
50. Зима
Истинное отчаяние — в невозможности решиться.
Альбер Камю
Вдоль позвоночника тату замысловатое,
на голове гнездо воронье без ворон.
Внутри под рёбрами столь многое запрятано -
попробуй тронь.
Слова ненужные и сны уныло-серые,
картинки мятые, обёртки, маета.
Клеймо давно уже поставлено, мол, стерва и
пусть будет так.
Зато не дёргают, в глаза не смотрят преданно,
не ждут улыбок, беззаботности, тепла.
Вокруг так шахматно и только леший ведает,
когда же лай
охрипших вьюг утихнет и, одевшись в белое,
уснут дома, уснут машины и дворы.
И люди злые, словно каторжники беглые,
умерив прыть,
сугробы сонно, но настойчиво форсируют,
и не вступают утром в битвы за трамвай.
А я шепчу зиме - хорошая, красивая,
не выдавай!
Не выдавай меня ночам бессонным, вытертым,
словам осклизлым, как овсянка на воде.
Не выдавай тому, чьи взгляды надо вытерпеть.
И целый день
броди со мной по неприкаянному городу,
дыши на стекла и танцуй, мешая ныть.
И спрячь запазуху всё то, что было дорого.
Спрячь до весны.
51. Загадочно легко
Есть чувство — выше чувства: мгновение, когда сердце выходит из берегов.
Марина Цветаева
Была игра вне правил и проблем,
листало время книгу перемен,
а в глубине души шуршало лето.
И было так загадочно легко
коснуться неба, взять звезду рукой
и рассказать ей все свои секреты.
Была игра и не было причин
поверить в то, что в мире ты один
и этот мир тобой одним и создан,
где нет ни сожалений, ни потерь -
в незримом завтра, в будничном теперь,
и нет понятий рано или поздно.
Шептались о высоком облака
и замерла в моей руке рука,
твоя рука, не думая прощаться...
И был большой резон поверить в то,
что этот мир - шкатулка с волшебством
и открывать её - большое счастье!
52. *** (Загляну в себя, как в переполненный шкаф-купе...)
Самое страшное — полностью принять самого себя.
Карл Юнг
Загляну в себя, как в переполненный шкаф-купе –
пэ-пэ-пэ...
это вышло из моды, это жмёт до коликов под ребром,
и что делать теперь со всем этим худым добром?
Перешить, продать, подарить – или пусть лежит?
Чую, чую, в душе просыпается тощий жид,
шепчет: «Глупости! Пораздашь с плеча, а оно – твоё!»
Эк, шельмец, раскудряво-то как поёт!
Пригляжусь, вещиц приличных на пару смен.
Остальному, что ли, лежать до седьмых колен?
Расхламиться надо бы, раздышаться так,
чтоб гулял по полкам в шкафу сквозняк,
чтобы любо-дорого было бы посмотреть...
Чую, кто-то снова в душе начинает петь.
53. *** (Как же долго Он не приходил...)
Нельзя плыть к новым горизонтам, не осмелившись потерять из виду берег.
Уильям Фолкнер
Как же долго Он не приходил,
дымка голубая плыть устала...
Утро. Нега римского квартала.
Тонкое свечение белил.
Двадцать лет сшивалось полотно
плотными, глубокими мазками.
Пустошь. Куст. Река. Случайный камень.
Сотни лиц. Оно? Нет, не оно!
Нищий у Сан-Паоло. Раввин
из поместной скромной синагоги.
Где ты, принимающий, нестрогий,
кроткий, терпеливый, мудрый Сын?
Искрами смеющийся фонтан,
гулкое дыхание базара.
Туллиева кладка, что опара
вытекла сквозь кряжистый платан.
Вот оно! Краснеющий хитон,
синяя священная накидка...
Нет здесь ни ущерба, ни избытка –
только жизнь! Её-то на потом
не отложишь. Кашель чаще-чаще!
Нервная чахоточная дрожь.
Господи, я ждал, что Ты придёшь,
не оставя милостью просящих.
К Вышнему явлению народ
собран кистью огненной и ловчей.
Дети дня, а может, дети ночи?
Нужен тот, кто верно разберёт.
Нужен Тот... Прости, но я устал,
с дымкой голубой борясь всечасно.
«Отпусти её», – тепло и ясно
Он ответил и сошёл с холста.
54. Художник осень рисовал
В пламени вдохновения всё достигает предела — и тогда кисть не слушается, но творит.
Винсент Ван Гог
Художник осень рисовал.
Не ту, что с птичьим опереньем,
А ту, подёрнутую тленьем,
Тоскою бьющей наповал,
Когда окончен карнавал,
Когда природа дружит с ленью,
Когда дождей девятый вал
Последний лист, озлясь, сорвал
И, успокоившись, стал тенью.
Художник, кутаясь в пальто,
Надвинул глубже шляпу ретро.
Мазок - и вправо на три метра.
Мазок - и в сторону: "Не то, -
Из уст, как жалоба, как стон, -
Не то насвистывает ветер
Под спящим ивовым кустом.
И песня грусти не о том...
Здесь не Чайковский нужен - Метнер.
Озвучить кистью не могу
Последний вскрик рябины красной.
Ужель мне звуки не подвластны,
А только общий серый гул?
Нет, не художник я, а лгун" -
Отбросил холст, рассыпал краски...
А осень: прелью на лугу,
Застывшей тропкой на бегу -
Была безмолвием прекрасна.
55. Комната с мехом
Самое страшное — полностью принять самого себя.
Карл Юнг
В комнате с мехом совсем не смешно,
тусклая лампа, кривое окно,
в пятом углу, где не видно ни зги,
топчутся чьи-то чужие носки.
В комнате с мехом то холод, то жар,
мутный туман и иголки ежа...
Кто этот ёж? может быть это я?
в комнате с мехом творится фигня...
Эй, Медвежонок! мне страшно, ау!
Мех свой оставил ты мне почему?
Память забанить, что было - прошло...
и не смешно, не смешно, не смешно...
Жутко беспечен, пронзительно мал
там я когда-то себя принимал...
Там принимал я в себя не в себе
и получал от судьбы по губе...
.....
Странные вещи приходят во сне...
Комната с мехом - зачем она мне?
56. Поздний ливень
Жизнь — это мгновения, и каждое требует решения.
Иван Бунин
Вечер. Ливень. Фонари ослепли
От горючих, с неба льющих слёз.
Но проблемы все сгорели в пепле
Спёкшегося дня. Печаль – адьёс!
Поздний ливень все грехи смывает:
Зависть, гнев и ложь, тоску души.
До чего ж легка дорога к раю:
Смыл с себя всю грязь – и вновь греши!
Помолился Небесам – и счастье!
Не грызут ни совесть, ни вина.
А по мне, ты хоть сто раз покайся,
Всё равно у всех один финал.
И не важно, кем ты был при жизни:
По свету бродил
………………..иль мял диван,
Ревностно ли ты служил Отчизне,
Трезвенником был
……………….иль часто пьян.
Вечность примет каждого без звука:
Хоть ты гений, хоть совсем дурак.
Сволота, герой,
добряк ли, бука –
Все уйдём, когда придёт пора.
Похороны сволочи покруче,
И надгробие, как монумент.
Добрых слов – лишь горсть – и он получит,
Хоть при жизни сам их не имел...
Но «мы в этом мире только гости»
Вот он перед нами – без прикрас…
Всем найдётся место на погосте.
А вот что останется от нас?..
...
57. Эта вольная жизнь
Ад - это мука не любить больше.
Федор Достоевский
В одиночестве жить – зашибись!
Захотел – ходишь голый по дому,
Захотел – и напился до комы.
Из закуски – сырок… Чуть не помер!..
Но, общения жаждой влекомый,
Позвонить попытался знакомым.
Красота – эта вольная жизнь!..
...
В доме-склепе гнетёт тишина.
Хоть бы кто здесь мяукнул… серьёзно.
Зомбоящик – лишь жвачка для мозга.
Там политика, триллеры, Познер;
Шоу-бизнес заносчиво-звёздный;
Каждый третий «герой» – отморозок.
Да пошло б это скотство всё на!.
...
Грустно лысину он почесал.
Встал, слегка подтянул своё брюхо
И безвольно почапал в пивнуху
С мужичьём, что ни рылом, ни ухом
О его неполадках с «кукухой», –
Заливать дрянь-тоску бормотухой
И дурные свои словеса:
...
«Если б в юности не тасовал,
Словно карты, разнузданных женщин,
Был бы полон детей мой «скворечник»,
Суку-старость я встретил бы легче,
А теперь и похвастаться нечем.
Всякий путь и непрост, и конечен.
Эх, повеситься что ли, братва?..»
Комментарии
Херовый анекдот. Прясняю: автор «навалял» (самой/му себе по щекам, в виду полной безграмотности в выбранном вопросе).
Пример. «Владимир замялся, рукав теребя».
Замятня в историческом контексте имеет определенное значение, далекое от авторских либертариантских сомнений. И не рукав теребят, если уж она случилась.
А дальше — круче.
Автор, или матчасть — наше всё, или а я нашёл такое, что все вы ах! Я тут ни разу не ах. Пусть выскажутся, кто ах, а я послушаю.
Владимир, вам надо над стройностью излагаемой мысли поработать. Мне даже, как стороннему читателю , ничего не было понятно из ваших эмоциональных строк... Например это:
И не рукав теребят, если уж она случилась.
"Она" - это кто?:)) Искренне
А дальше — круче.
Круче вас - трудно.:)
Александр, может, начнём с того, что вы научитесь читать?🤔 Для начала по паре предложений — по одному вы уже научились, это похвально.
ЗЫ. Возразить филину тут есть чего (я и сам это вижу😁), но это будет вовсе не дошколятское фе. 😁
Александр, может, начнём с того, что вы научитесь читать?
Учиться читать безграмотную писанину? Увольте.
Внизу каждого вашего поста есть кнопочка "редактирование".
Приведите в человеческий вид ваш поток сознания, чтобы хотя б была возможность понять, над чем вы, вещая птица, крыльями машете:)
Пожалуй, не стану: это же благодать божия — остаться непонятым отдельными мыслителями.
Пожалуй, не стану: это же благодать божия — остаться непонятым отдельными мыслителями.
Владимир, что вы как девица красная "ой, я кажется, что-то знаю, но никому не скажу"...?
Тут ваших подружек нестройный караван скоро будет изнывать от любопытства. А вы с ними так жестоко всего из-за одного вредного мыслителя:) Калитесь ужо, что вам есть нам интересного поведать!Какие заповедные смыслы смутили ваш душевный покой? Я ведь чувствую, что что-то нарыли, и аж распирает, но хочется, чтоб в ногах повалялись, да?:)
Небось о значении "замятня" в татаро-монгольском войске в период формирования Золотой Орды... Нет?
Калитесь ужо, что вам есть нам интересного поведать!Какие заповедные смыслы смутили ваш душевный покой? Я ведь чувствую, что что-то нарыли, и аж распирает, но хочется, чтоб в ногах повалялись, да?"
О уважаемый! Ваши познания в части логического, правильного построения выступления на столь особенной и великолепной площадке отмеченной многими нтересными дарованиями потрясают, преклоняю голову. И униженно прошу. Выше приведена часть Вашего очередного знакового выступления, первое слово. Какой там корень слова? Колоть-расколоть, кол? Или же это что то про удобрения? Вы открываете для нас всякий раз что-то новое. Здорово!
Жора, только вы не начинайте... с вашими
А по русски? Токо печатно, плиииз
Уж явно не вам в защиту русской грамматики выступать.
А я написал, как хотел с использованием тех корней, которые хотел использовать.
Конечно это про конкурс и котяток. Война тут ни с какого боку.
Мне нравится. Голосну.
"Неожители" написали стихо.
Сыграю и я в Угадайку в этот раз, пожалуй.
Начнём, пожалуй. До колядок уйма времени, а у меня все равно лабораторная мышь сдохла.Да и научусь красиво в спойлер загонять
1. Котята под Киевом
Можно сколько угодно падать в метафизическую бездну текста, поворачивать его и так и эдак, как алмаз ну или не очень алмаз. Кто Киев увидел, кто Путина, кто карася в сметане. Для меня это былинная пародия на нашу местечковость, где самый страшный зверь - рваные котятки, то бишь дамские слезливые рифмованные мелодрамы, которые побеждали, побеждают и на том стоим, уж извините. Написано неплохо, беглость пера у автора присутствует - художественной ценности не особо много, бо вынеси его с камерного проекта в большую жизнь, и читатель замрет в ступоре - а чаво это было.
Сорри, автор, если не поняла.
Согласна со Светой в части былинной пародии на местечковость. Однако, смею предположить, автор прекрасно понимал, что, напоминая собравшимся о местах и героях русских былин, он тычет палочкой дремлющее чудище. И мне это нравится, текст перестаëт быть местечковым, поскольку, кроме смысла и техники, в стихах ещё много что играет. Аллюзии, как пример. В другое время не сыграло мне бы, да. А так - в шорт пошло.
ЗЫ. Света, у мну пусто под спойлером =)
А там везде (почти) пусто, Света учится, админ нервничает, а нам и так хорошо 😊
"Со взором чуть остекленевшим", - сбойно прочлось.
Работа, по её прочтению, огнём гори мои баллы, сторонники, перспективы, это ли важно? Так вот, по прочтении осталось гадостное послевкусие. Вроде бы сатирическим пером ваяно, э т о да, но можно ли так о людях с той и др. стороны? Читаю Симонова "убей его", в который раз перечитываю, сколько силы, ненависти, страсти. И немец у которого в мясорубке войны дед погиб под Смоленском, и тот ежели он объективен,еазал бы, да! Деда жалко, но какова подача, какая мотивация?! Что здесь? Убитые Коли-Миколы это ли что то кошачье? Это ли основание для насмешливодиванного глума поэтгения? Это не огонь, не жар, но едкий пахнущий болотом и серой дымок, который случается после лукавого, когда на него плеснешь святой водой.
Интересно о чем же-с? Уж если " А" то потрулитесь прояснить-с
Мне не трудно. Местная "фишка" - "рваные котятки" означает создание намеренно плаксивого текста, чтобы вызвать сочувствие. Делается это искусственным образом размещая в тексте либо больную собачку, либо кошечку.
На мой взгляд, автор смоделировал сатирическо-аллегорический сюжет, где Киев - это ГП, а "котятки" - душещипательные тексты. Дружина - судьи, например или админы.
Можно, конечно, и шире смоделировать проекцию: Киев - русская культура в современном ее состоянии, наводненная разными Киркоровыми, Стасами Михайловыми, бездарными поэтессами с душераздирающими текстами, etc.
Я лично так понял.
Так, словно бы это ответ Автора этот Ваш ответ. Стихо? Собсно эт, нмв, циничный стеб на тему злых орков и порабощенный город, который взят. И это не предмет для шедевральных издевок, по обе стороны гибнут люди. Хайп Это же так модно! И Если нет нич святого тр можно обсмеять походя истории об убийстве родителя ребенком за запрет игры на приставке посредством эффекта котэ и пр.. И, в конце концов. Работа отмечена сбоями ритма и чем еще? Кто то что то говорит о дрянных анекдотчиках, таки их никто не слушает и не смотрит по эту сторону равео тому, как с др стороны не смотрят шутки слуг 98 района
Ага, попытки совместить несовместимое, как и впихнуть невпихуемое, редко когда приводят к какому-то впечатляющему результату. Тем более, когда любая вариативность разбивается о слишком явный и узкий остов текста, на который всю эту аля вариативность и попытались нанизать 🙃
Жора, дык я по-русски 😊 Если коротко, то какой бы смысл не собирался вложить автор, при наличии в тексте 2-х составляющих (а именно - Киев и Владимир) считываться стихо будет однозначно и определённым образом - как ты и сказал, стёбно, а я ещё добавлю, что неприятно.
Варианты, предложенные Александром, имели бы место быть, если бы автор именно их и хотел сделать - в этом случае здесь просто не было бы Киева.
Варианты, предложенные Александром, имели бы место быть, если бы автор именно их и хотел сделать - в этом случае здесь просто не было бы Киева.
И как же вы, свет Лана, ноне чтите былины Киевского цикла? С легкой грустью о потерянных российских землях или же с удивлением - " вот же хохлы вытворяли"?:)
Ноне никак, Александр, а в обсуждениях тут на подобные темы я уже пару лет нейтральна, прям как Швейцария давеча, ибо если как она ноне есть, то опять срач на всю Пристань обеспечен 🙃
А если серьёзно, то не то время просто для подобных былин на современный лад - восприятие всяко в ненужную сторону пойдёт, тут автор прям рискнуть решил.
Если бы сыграли вокруг Новгорода, к примеру, было бы проще (хотя, понятно, что богатыри и тд, но вот реально же не чтётся в отрыве от реальности).
восприятие всяко в ненужную сторону пойдёт, тут автор прям рискнуть решил.
Так, думаю, потому и слили паратур стишок, шо каждый второй сейчас с паникадилом и с учебником по историии Древней Украины ходит:)
Георгий, с трудом разобрал ваше не очень связное послание. Спорить с вами не буду: вся красота - в глазах смотрящего.
Может вам автор ответит лично, что вы правы, и это про орков. Хотя я их тут в упор не вижу. Но ГП - свободный ресурс, можете продолжать размахивать паникадилом:)
2. Декабрьские сны
Есть чувство — выше чувства: мгновение, когда сердце выходит из берегов.
Марина Цветаева
Сон задрожал, взлетел полуночной птицей.
Что оставалось? Тихо под нос шептать
суры Корана. Видеть улыбки, лица,
помня, что смерть платила всем по счетам
Давит подшлемник. Хмурый майор Садыков
грязной перчаткой долгий зевок прикрыл.
Там, где его бойцы, поживи пойди-ка,
кровью поблюй, поумничай - чей там Крым.
Скинул перчатку, трëт докрасна надбровья.
Утро - ясней, но боль обожгла висок.
Зябко. Декабрь. Светило сочится кровью,
слабым трëхсотым выползло. Вспомнил сон.
Всё отошло так, словно бы щëлкнул тумблер:
ночь, темнота, ждёт женщина. Он успел
сделать лишь шаг навстречу. Проснувшись, умер.
Мëрзлая степь - жена, а блиндаж - постель.
Прочь отогнал видения: "Ша! Забыто!".
Жмëт на тангенту, сипло даёт добро
тем, кто остался жив. Хрипит неубитым
(то - что обычно), выболевшим нутром.
Ночью был сон, он лютым врагом пытал и
трясся душевный ливер - чужой, немой:
прибыл живым Садыков, звенят медали,
плачет жена. Не короток путь домой.
Явно же Жора писал.
Тэкс - играю в угадайку.
Прозрачный такой паратур. Уже половину угадала.
2. Декабрьские сны
2. Декабрьские сны
Есть чувство — выше чувства: мгновение, когда сердце выходит из берегов.
Марина Цветаева
Сон задрожал, взлетел полуночной птицей.
Что оставалось? Тихо под нос шептать
суры Корана. Видеть улыбки, лица,
помня, что смерть платила всем по счетам
Давит подшлемник. Хмурый майор Садыков
грязной перчаткой долгий зевок прикрыл.
Там, где его бойцы, поживи пойди-ка,
кровью поблюй, поумничай - чей там Крым.
Скинул перчатку, трëт докрасна надбровья.
Утро - ясней, но боль обожгла висок.
Зябко. Декабрь. Светило сочится кровью,
слабым трëхсотым выползло. Вспомнил сон.
Всё отошло так, словно бы щëлкнул тумблер:
ночь, темнота, ждёт женщина. Он успел
сделать лишь шаг навстречу. Проснувшись, умер.
Мëрзлая степь - жена, а блиндаж - постель.
Прочь отогнал видения: "Ша! Забыто!".
Жмëт на тангенту, сипло даёт добро
тем, кто остался жив. Хрипит неубитым
(то - что обычно), выболевшим нутром.
Ночью был сон, он лютым врагом пытал и
трясся душевный ливер - чужой, немой:
прибыл живым Садыков, звенят медали,
плачет жена. Не короток путь домой.
Не знаю как подшлемник может давить, он по сути нужен для того, чтоб каска не давила, это шапка, примитивно говоря, но спишем на мою чисто женскую неосведомленность)
ДекабЫрь - убирайте, думаете, спрятали? Ан нет, видно)
А в остальном - живо.
2. Да, Жорино такое, иногда тапком хочется... например, за "оставалось видеть", ибо нипарусски, но цепляет же. Такшта, яростно убеждаю себя, что это не баг, а фича, сложившийся поэт, и хвалю.
ЗЫ. И опять спойлер пусто-пусто, сорри, если цитатко не совсем верное.
"оставалось видеть"
чо эт не по-русски? В разговорной речи сплошь и рядом, автор не оду и не гимн пишет, так что норм)
Ненене!!! Оставалось (что-то делать) - смотреть. А иначе это "разговорное" приведëт к "Ты что делаешь? Я вижууу... " " Чем занят? Вижууу..." Ужос жеш :)))
Да... Зачтя два - всего! два- паратурных стихо, уже с нервной дрожью думаю, чего ж нам ждать в туре 🙃
3. Творячество
В пламени вдохновения всё достигает предела –
и тогда кисть не слушается, но творит.
Винсент Ван Гог
Во, блин, – творю шедевр на конкурс!
Я б все призы завоевал,
соперникам намылив холку:
наи́тиев – девятый вал...
Давай-давай! Фигачу рифмы.
А смысл? Ах, да – про что-то там...
Читатели? По бо́шкам их мы! –
мой опыт – не под хвост котам.
Редакторо́в талантом шлёпну,
стишатами перекормлю...
Щёб ихний список, к чёрту, лопнул!!!
Азарт на дню – аля́-улю!
Душа возносится на небо,
момент экстазнее, чем смерть:
поэзодрайв, бушуют нервы –
апофеоз! Хотеть и сметь...
Подытоживание всего творчества небезызвестного здесь Ляписа-Трубецкого. Зачётная ирония. 👍😄
3. Творячество
Где там жОлтенький маркер?
конкурс-холку; шлёпну-лопнул; небо-нервы - ай-ай-ай
Но мне это не особо в тягость, просто не люблю стихи о стихах. Это как говорить любви о любви, не занимаясь любовью)
3. Ну вот даже говорить не о чем. Вот это истинная местечковость - не обязательно о Беспределе, но, фсяко, на корпоративчик, коллегам под рюмочку...
Был(а): 14/01/2026 - 21:57
Послать ЛС
1. Котята под Киевом
Есть чувство — выше чувства: мгновение, когда сердце выходит из берегов.
Марина Цветаева
Владимир однажды дружину собрал:
- Попробую быть очень кратким:
В культуре - кирдык, в производстве - аврал,
А стены штурмуют котятки...-
Владимир замялся, рукав теребя,
Себе в мыслях словно переча:
- Возьмите хотя бы котят на себя -
На треть ужо станет полегче...
Ильюша, повёл молодецки плечом,
Мол, знаем поболе кручины:
- Поможем, конечно, котяток порвём -
На то мы и княжья дружина.
Алёша достал аф-фигительный лук,
Добрыня - ба-альшую дубину,
Илья ж только хрустнул костяшками рук:
Их - более чем, для мужчины.
Котятки сидели у самой стены,
У самого рва, над обрывом.
И были они и худы, и бледны,
И даже орали с надрывом.
А всяк киевлянин, кто слушал котят,
Взобравшись на стольную стену,
Как будто глотнув ядовитейший йад,
Часами стоял, как полено.
Понятно мышу и стрижу, и ежу,
Котята явились не сами.
Послушайте, что я вам, люди, скажу:
Подкинули их - басурмане...
Дружина взобралась с разбегу на вал,
Не сбив ни дыханья, ни пульса,
Алёша стрелу из колчана достал,
Услышал котят - и загнулся...
Добрыня дубиной взмахнул ... и осел -
Осунулся, сник как-то сразу:
"Нищасный" котенок смотрел, как в прицел,
Наивно-доверчивым глазом.
Илья громыхал, как звенящая медь,
Со взором чуть остекленевшим.
Но сел рядом с котиком, начал реветь,
Как будто медведь или леший.
В итоге культуру Владимир не спас...
Но с князя того взятки гладки.
Всё было бы в Киеве классно у нас...
Но в город ворвались котятки.