По сложившейся традиции наших межпортальных конкурсов во время прохождения КГП проходит и параллельный турнир по тем же темам, что и основные туры.
Тему и задание 1-го тура можно посмотреть здесь.
Конкурс анонимный, просьба до завершения голосования работы под своим именем не публиковать. Работы могут присылать как жители Пристани, так и прохожие "гости столицы", не говоря уже об игроках команд. Члены жюри тоже могут, ибо тоже люди. Почтовый адрес: grafskaya.pristan@mail.ru. Условия два: работа должна быть свежей, написанной специально для текущего тура конкурса и не должна быть в числе участвующих в основном конкурсе.
Заявки на 1-й паратур принимаются до 20ч00мин мск 16.05.24г.
=======================
Конкурсные произведения:
1. Предвкушая сыр
[spoiler]
Лишь часы пробьют двенадцать,
Начинаю честный бой
За одну из номинаций
В кубке пристани родной.
Начинаю честный бой
За одну из номинаций
В кубке пристани родной.
Грусть, уныние да скука,
Прочь из творческой души.
Гложет праведная мука,
Так шедевры напиши!
Прочь из творческой души.
Гложет праведная мука,
Так шедевры напиши!
Замерев от предвкушений,
Жди судейских величин -
Положительных решений
За блистательный почин.
Жди судейских величин -
Положительных решений
За блистательный почин.
Им оценочное право -
Высший балл, под козырёк.
Поздравляем! Браво! Браво!
За чудесный, лёгкий слог.
Высший балл, под козырёк.
Поздравляем! Браво! Браво!
За чудесный, лёгкий слог.
А потом напишут в личке
Слов приятных господа,
Но ворона, по привычке,
Скромно карнет: "ерунда".
Слов приятных господа,
Но ворона, по привычке,
Скромно карнет: "ерунда".
Я ей пёрышки разглажу,
Буду ласков на каприз -
Извини за эту лажу,
Улыбнись, родная! Чиииизззз!
Буду ласков на каприз -
Извини за эту лажу,
Улыбнись, родная! Чиииизззз!
[/spoiler]
2. Жалоба двенадцатой команды
[spoiler]
(Голос)
Что ж ты полночь пролетела быстро
Половецкой жалящей стрелой,
Я ж заявку составляла - искры
Сыпались с экрана в мгле ночной.
Я же всех расставила по росту,
Весу и количеству заслуг!
Мало, что оно само не просто -
Солнце появилось как-то вдруг...
(Речитатив на заднем плане)
Муза, поведай о том многолетнем турнире, который
Славных певцов собирает, известных по всей Ойкумене
Всякому, кто не ленив разбирать многозначные тексты,
Полные рифмов и котиков, или же даже без оных...
(Голос другой)
Из-за тучи солнце смотрит хмуро,
Край суровый этот Беспредел.
Но мы придём к вам, три весёлых поэта,
Отдохнуть от всяких разных дел.
Нам разведка доложила точно -
Не поздней, чем завтра и с утра,
Наревевшись в голос и до точки,
В паратуре мы рассеем мрак!
(Хор)
Оой!.. Оой!..
Ооой...
Эгегей!
(Занавес)
[/spoiler]
3. Тёмные воды
[spoiler]
Вдруг приходит бездонная полночь, ломая всё,
говорит мне: «Деревья – кораллы теперь, а птицы –
это рыбы, которым в морской полутьме не спится».
Шумный город уже погрузился в подводный сон.
Я смотрю на небесные волны – беззвучный штиль.
Только рыба-луна тяжело проплывает мимо.
Очень тихо на дне, неподвижно, невыносимо.
Изменила всех полночь и внешне, и изнутри.
Фонари – что удильщики, ловят меня на свет,
тускло-серый, обманчивый. Кто я теперь, скажи мне?
Чёрный камень, хранящий легенды о прошлой жизни?
Завиток от ракушки? А может, уже скелет.
Лишь подводные тени, ложась на песчаный ил,
отражаясь во взгляде безликой многоэтажки,
так похожей на ската, шепнут: «Умирать не страшно»,
намекая на то, что я кем-то когда-то был.
В междумирье ночном, будто в лимбе, ни жизнь, ни смерть.
Вместо сердца безумная вечность неслышно бьётся.
…Но приходит вдруг полдень:
с ним небо, и свет, и солнце.
Мне, огромные крылья расправив,
легко лететь.
[/spoiler]
4. Крёз
[spoiler]
Мировой пожар в крови.
Господи, благослови!
Александр Блок
Ползут сквозь города и веси
речушки к морю, как ужи.
С Идокопаса ноги свесив,
московский Крёз сидит в тиши.
Вдали от ропота плебеев
ему плевать с кавказских гор
на украинские помпеи
и на российский стон гоммор.
Расслабленно ссутулив плечи,
оставив на бояр дела,
он кормит мясом человечьим
с руки двуглавого орла.
Он выстроил дворец холодный
и неприступный, как форпост.
Его народ, как пёс безродный,
стоит за ним, поджавши хвост.
На Бога смотрит царь медово,
для галочки перекрестясь.
И льется кровь, но не Христова,
на золотой иконостас.
[/spoiler]
5. Помидоры
[spoiler]
Двенадцать дней весенняя метель
Пытала молодые помидоры.
Поэт о них писал – пыхтел, сопел.
Всё было вздором, ах, всё было вздором.
Пытала молодые помидоры.
Поэт о них писал – пыхтел, сопел.
Всё было вздором, ах, всё было вздором.
Он точно знал, что есть поэт иной,
Который точно пишет что-то вроде:
Двенадцать пар зверей увозит Ной,
Апостолы под пулями приходят.
Который точно пишет что-то вроде:
Двенадцать пар зверей увозит Ной,
Апостолы под пулями приходят.
Распяты куклы, мишки и враги,
Двенадцать стульев брошены в осколках...
Куда уж тут стишкам о дорогих,
Замёрзших под снегами помидорках.
Двенадцать стульев брошены в осколках...
Куда уж тут стишкам о дорогих,
Замёрзших под снегами помидорках.
[/spoiler]
6. Наш народ
[spoiler]
Наш народ творец, а не бездельник,
Ежли что не так - готов восстать!
Потому он каждый понедельник
Начинает с чистого листа:
То божится выучить английский,
То закончить в гараже ремонт,
То свозить к морям родных и близких,
То созвать на шашлыки бомонд.
Да! Бывают сбои и провалы -
Что-то не случилось - "не срослось",
Но народ с терпением немалым
Не забьёт на планы... ржавый гвоздь!
И на Новый Год, под бой курантов,
Аккурат двенадцатый удар,
Обещает Дед Морозу с Сантой -
Отвечать начнёт "за свой базар"!
[/spoiler]
7. Музыка
[spoiler]
Под чёрной крышкой тих, как призрак,
Хранящий память пальцев мир.
Катясь волной, то вдаль, то близко,
По струнам не течёт эфир.
Пуст берег чёрно-белых клавиш –
Двенадцати полутонов,
Что будто спят застывшей лавой
В ладонях чёрно-белых снов. -
Клочки уже прожитых жизней,
Остатки чьих-то прошлых душ.
В минор Адажио капризный
Вступает, ироничный Туш.
На зеркале круги от Скерцо
Стихают, с небом в унисон.
В любой из клавиш бьётся сердце
На свой, особый полутон.
Но лишь рука опять коснётся,
И хлынет пёстрый океан
Пассажем искр воды и солнца
Произведя воздушный храм
Из разноцветных капель - звуков,
В котором всё – и жизнь, и смерть -
Всё ощущается до хруста
И всё торопится успеть
За чудом!
Пальцы - крылья птицы,
Стаккато звёзд - и камнем вниз!
Вплестись в узор ветвей, влюбиться
В замёрзший, чуть дрожащий лист…
Всё безгранично, бестелесно.
Поток, струящийся, как свет!
Вдруг время рвётся сетью тесной –
Нет ни вчера, ни завтра нет.
Но даже в смолкнувшем пространстве
Тот полубред неизлечим.
Осколки нот во сне кружатся.
Рождаясь, музыка звучит.
[/spoiler]
8. Двенадцать рыцарей отважных
[spoiler]
В преданьях старины глубокой
хранит туманный Альбион
года лишений, войн жестоких,
сравнимых с варварством Востока,
в борьбе за королевский трон.
Прошли года кровавой битвы,
И вскоре кончился разброд
среди неугомонных бриттов,
когда признали власть элиты -
достойный славный Камелот!
Двенадцать рыцарей отважных*,
героев Круглого стола,
Артуру присягнув однажды,
восславить суверена жаждут
в походах, битвах и делах!
* В известных источниках количество Рыцарей Круглого Стола указано разное. Автор ориентировался на количество рыцарей, указанное Джоном Драйденом, у него в описаниях рыцарей 12.
[/spoiler]
9. Сервиз на двенадцать персон
[spoiler]
С тарелок не ели ни разу
Ни дети, ни гость-элефАнт.
Посуда, приятная глазу,
Собой украшала сервант.
В хрущёвке, увы, не колонны —
Колонка лишь только одна.
Пред ликом немецкой «Мадонны»
Вся утварь была смущена.
Хозяйка развесистых супниц
Молилась, как на образа,
Античную пыль недоступниц
Пуская соседям в глаза.
У мужа той дамы суровой,
Когда вдруг наклюнулся зять,
Проснулся порыв беспонтовый —
Две чашки красивые взять.
Послышались «охи» и «ахи»,
У стенки семейный канкан
Узрел дозревающий хахаль.
А чаю плеснули в стакан.
Остался стоящий на полке
Сервиз неприступен и чист.
Ему не ходить в самоволки
На скатерти тонкий батист.
Читатель зевает от скуки,
Писатель храпит в унисон.
Подарим в хорошие руки
Сервиз на двенадцать персон!
[/spoiler]
10. Гол!
[spoiler]
Вот это матч! Вот это бой -
как есть вскипает кровь.
Я ног не чую под собой,
хоть весел и здоров.
Шальных трибун несносный гул
взрывается в груди.
Вот пас. И мяч! И я бегу,
всех кинув позади.
Ворота рядом, только вдарь,
в затылок дышат - пусть!
Пусть напрягается вратарь,
а я не промахнусь.
От всей души! И мяч летит -
черок перчатки - гол!
И я свой крик готов вплести
в рёв многих тысяч горл.
Ура! Плевать, что не видна
и тень моей возни -
Что я ору, взобравшись на
скамейку запасных,
И что не я прошёл с мячом,
не мне попавшим в срок,
И что в футболе ни при чём
двенадцатый игрок.
[/spoiler]
11. Сиквел
[spoiler]
У супруги твоей на ногах ботфорты,
От нее терпко пахнет сигарным дымом
и "Потерянной вишней" от Тома Форда.
Ей неважно насколько она любима.
От нее терпко пахнет сигарным дымом
и "Потерянной вишней" от Тома Форда.
Ей неважно насколько она любима.
Ты спешишь к ней, лишь только пробьёт двенадцать,
Задержаться не хочешь в чужой постели.
Ты не сможешь с женой никогда расстаться,
Не для этого шёл ты к заветной цели.
Задержаться не хочешь в чужой постели.
Ты не сможешь с женой никогда расстаться,
Не для этого шёл ты к заветной цели.
Дворник, слесарь, а позже - эскорт услуги,
По ночам - стриптизёр. Старой сказки сиквел.
Если ты опоздаешь на миг к супруге,
То тебе от души настучат по тыкве.
По ночам - стриптизёр. Старой сказки сиквел.
Если ты опоздаешь на миг к супруге,
То тебе от души настучат по тыкве.
Не получишь ты галстуков от Диора,
И не будешь водить Шевроле Камаро,
Потому и молчишь, словно мышки в норах,
Если их до утра стережёт котяра.
И не будешь водить Шевроле Камаро,
Потому и молчишь, словно мышки в норах,
Если их до утра стережёт котяра.
А любовь к той, другой, как сквозная рана.
Ты ругаешь себя - глупый, жадный олух!
В сказке жить замечатель..., но как ни странно,
Горько плачет в подушку ночами Золух.
Ты ругаешь себя - глупый, жадный олух!
В сказке жить замечатель..., но как ни странно,
Горько плачет в подушку ночами Золух.
[/spoiler]
12. Страшный сон
[spoiler]
Он должен бы являться только в полночь,
С рассветом исчезая без следа.
Но оторваться, видимо, по полной
Решила беспробудная беда.
Он тут как тут в любое время суток,
Уродуя последние мозги,
До чертиков и иже с ними жуток
И глух вполне к отчаянному «Сгинь!»
Я пробовал креститься и молиться,
Чертил мелком волшебные круги.
В ответ же мне смеялись злые лица,
И было ясно, что кругом враги.
А где ж друзья и добрые соседи,
С которыми, подвыпивши, курил?
Видать, для дружбы нынче климат вреден,
Причем везде – от Львова до Курил.
И четко, от забора до обеда -
А подкрепившись, снова и вдвойне -
Сосед кошмарит до смерти соседа,
И на войне опять как на войне.
Мираж рассвета робко догорает,
И так же, как и десять лет назад,
Искатели потерянного рая
Бегут стремглав прямой дорогой в ад.
[/spoiler]
13. Начинается сказка
[spoiler]
«Жил да был», – начинается сказка,
грань меж явью и навью тонка.
Добрый молодец кинул салазки,
кличет Волка, Конька-Горбунка...
грань меж явью и навью тонка.
Добрый молодец кинул салазки,
кличет Волка, Конька-Горбунка...
Ни преграды ему, ни покоя,
ни зловещего воя погонь –
есть Жар-Птицы перо золотое,
есть в отчаянном сердце огонь!
ни зловещего воя погонь –
есть Жар-Птицы перо золотое,
есть в отчаянном сердце огонь!
День за днём, за полуночью полночь –
что закаты ему, что рассвет –
мчится милой царевне на помощь:
ждёт любимого Марьюшка-свет...
что закаты ему, что рассвет –
мчится милой царевне на помощь:
ждёт любимого Марьюшка-свет...
Он с Кощеем сразится – узнать бы,
чем закончится? Витязь, держись!
Что ни сказка – кончается свадьбой.
А потом начинается жизнь...
чем закончится? Витязь, держись!
Что ни сказка – кончается свадьбой.
А потом начинается жизнь...
[/spoiler]
14. Лайки завывают в полдень
[spoiler]
Сложный выбор — слава или прощение детей.
Инстаграм молчит, дети жмутся стайкой.
Но то ли нравы, то ли времена не те —
и в этом сражении вновь побеждают лайки:
В зазеркалье мама наносит грим —
кто она нынче — фея или жертва тиранов?
С улицы доносится петушиный крик…
Клик. Полдень. Лайки жадно прильнули к экрану.
«Ой люди добрые, досталось мне.
Сердце разрывается, аж во рту сухо –
То к батарее прикует, то к стене —
Изверг. И мать его дура, и сестра — сука».
Лайки взвывают дружно, лижут экран хором.
В календаре супер-акций — крестик, в кармане — для жертвы мелочь.
Клик. Клик. Мама с GoPro, в новом образе едет в город —
Дети вздыхают, садятся уроки делать.
Бабка-дура в очках проверяет пропись.
Изверг после двух смен жарит таз котлет —
в глазах — тоска, в волосах серебрится проседь.
Тётка гладит школьную форму и гасит свет…
Новый эфир. На экране икона стиля —
Флердоранж — в руках, над косой — петуньи.
Ретроградный Марс у Луны в секстиле.
Лайки в экстазе на клаву пускают слюни.
[/spoiler]
16. сбегу
[spoiler]
...дурна глухая полночь и безглаза,
с такой не доберёмся до утра,
казавшийся так долго безопасным,
мой город в тёмном времени застрял,
с такой не доберёмся до утра,
казавшийся так долго безопасным,
мой город в тёмном времени застрял,
часы молчат, ни шороха, ни стука,
а время, хорохорясь, не бежит,
я путаюсь в знакомых переулках,
свернувшихся от страха, как ежи,
а время, хорохорясь, не бежит,
я путаюсь в знакомых переулках,
свернувшихся от страха, как ежи,
бессонница, единственный попутчик,
не может успокоить и помочь –
и в панике цепляются колючки
кустов, дрожащих у корней домов,
не может успокоить и помочь –
и в панике цепляются колючки
кустов, дрожащих у корней домов,
сбегу к реке от душных поворотов,
смирения открытых площадей:
так хочется мне верить – ходит кто-то
невыспавшейся тенью по воде...
смирения открытых площадей:
так хочется мне верить – ходит кто-то
невыспавшейся тенью по воде...
[/spoiler]
17. В самом деле?
[spoiler]
Это было в самом деле:
солнце на небе сидело,
упирая в землю луч.
А в начале было что-то,
то ли слово, то ли нота,
то ли кто-то, кто могуч.
солнце на небе сидело,
упирая в землю луч.
А в начале было что-то,
то ли слово, то ли нота,
то ли кто-то, кто могуч.
Человек играл с судьбою,
красил небо голубое
в разноцветие причин
и качались на качелях
перекрёстки, параллели,
никотин и нектарин,
три связующие нитки,
озарения, ошибки,
клятвы, данные всерьёз,
неуслышанные звуки
вместе с озером разлуки
и забытый Дед Мороз...
красил небо голубое
в разноцветие причин
и качались на качелях
перекрёстки, параллели,
никотин и нектарин,
три связующие нитки,
озарения, ошибки,
клятвы, данные всерьёз,
неуслышанные звуки
вместе с озером разлуки
и забытый Дед Мороз...
От зимы бежало лето,
осень зелени букеты
догрызала, как всегда,
с неизменным аппетитом.
Сердце каменные плиты
раздвигало словом "да",
убирая саблю в ножны,
понимая, всё возможно,
всё пройдет и всё придёт.
А куда ему деваться?
Тихо стукнуло двенадцать...
И случился новый год.
осень зелени букеты
догрызала, как всегда,
с неизменным аппетитом.
Сердце каменные плиты
раздвигало словом "да",
убирая саблю в ножны,
понимая, всё возможно,
всё пройдет и всё придёт.
А куда ему деваться?
Тихо стукнуло двенадцать...
И случился новый год.
[/spoiler]
18. На земле как на земле
[spoiler]
Ты не летаешь. Давно бескрыл.
Всё помогаешь, ворчишь: «Так надо».
Небо, пробитое звездопадом,
не заживает. Большой игры
не получилось, и не сбылись
сотни желаний и даже планов -
стать самым сильным, надёжным, главным,
нужным кому-то. В архив былин
ляжет история о тебе,
странном, не помнящем зла, насмешек -
«Он же убогий!», «Да он помешан
на всепрощении...»
На разбег
время давалось - беги, взлетай!
Что тебе люди, щенки, котята?
Небо качает своих, крылатых,
в мягких ладонях. Поможешь так,
сверху. А здесь на земле - возня,
после работы взлетать труднее,
ноги от долгой ходьбы немеют,
но лучше слышно "спаси меня"...
Трапеза. Вечер. Глаза в глаза.
Кто-то предаст, кто-то усомнится…
Аз есмь любовь - и светлеют лица.
Аз есмь любовь - и нельзя назад.
[/spoiler]
19. Все были счастливы
[spoiler]
Приснился Бог — рассказывал о том,
как Он двенадцать лет прожил котом:
гулял по крышам, кушал голубей,
и пел ночами о любви своей,
дразнил с забора злого кобеля, надоедало —
шёл в подвал гулять,
вернувшись в дом, орал, будил соседей,
как запускали — сразу же всё метил.
Все были счастливы, раз кот домой пришёл.
И видел Бог, что это хорошо!
[/spoiler]
20. Соври
[spoiler]
На старых снимках тают города,
Всё чаще в никуда уходит кто-то.
И по ночам горчат, как никогда,
Двенадцать долек пасмурного года.
И по ночам горчат, как никогда,
Двенадцать долек пасмурного года.
Короткий путь от вербы до снегов,
От рыжих листопадов до капели...
Скажи, приятель, ты признать готов,
Что мы пожить как будто не успели?
От рыжих листопадов до капели...
Скажи, приятель, ты признать готов,
Что мы пожить как будто не успели?
Что так небрежно брошены на холст
Любовь, мечты, и смех за летней рощей.
Мы думали, что мир совсем не прост.
Мы ошибались: всё намного проще.
Любовь, мечты, и смех за летней рощей.
Мы думали, что мир совсем не прост.
Мы ошибались: всё намного проще.
Слов карусель – апрели... феврали...
То суета, то насморк по погоде...
И всё понятно. Но, прошу, соври,
Что нам нескоро скажут: стоп, выходим.
То суета, то насморк по погоде...
И всё понятно. Но, прошу, соври,
Что нам нескоро скажут: стоп, выходим.
[/spoiler]
21. Рыбка и скорпион
[spoiler]
Ты стала рыбкой - маленькой, невзрачной.
В холодной геометрии стекла
ты плаваешь безмолвно и незряче,
ища себя…
За светом ярких ламп
не видя солнца и не веря в солнце,
у тонких стен незапертой тюрьмы
ты ждешь, что мир вот-вот перевернётся,
чтоб наконец забыть, что были «мы».
Что было всё понятно, мирно, просто -
ни чешуи на душах, ни тоски.
В ладонях счастье, жизнь - не перекрёсток
дорог, в конце которых тупики…
Не берегли. Казалось, так и будет -
всё неизменно, всё предрешено.
Теперь друг другу палачи и судьи,
как в мелодрамном, выцветшем кино.
Виня во всём слезящееся небо,
и гороскопы нервно теребя,
ты стала рыбкой, маленькой, нелепой.
я - скорпионом, жалящим себя.
[/spoiler]
22. ему двенадцать
[spoiler]
ему двенадцать, тонкое лицо,
неловкая улыбка моны лизы
и взгляд нездешний – ввысь за облака,
за первым оперившимся птенцом,
взлетевшим с дребезжащего карниза
пока-пока
неловкая улыбка моны лизы
и взгляд нездешний – ввысь за облака,
за первым оперившимся птенцом,
взлетевшим с дребезжащего карниза
пока-пока
его почти пугает тишина:
с едва звенящим тополиным пухом,
доверчиво ласкающим ладонь –
не пепел, нет, кружащий у окна,
где гарь и дым, где входит смерть без стука
не смей, не тронь!
с едва звенящим тополиным пухом,
доверчиво ласкающим ладонь –
не пепел, нет, кружащий у окна,
где гарь и дым, где входит смерть без стука
не смей, не тронь!
случается, что вздрогнет невпопад,
прижмёт сильней кудлатую собаку,
шепнув ей в ухо – им нельзя домой,
туда, где слишком страшен стал закат,
где – ни-ко-го,
прицельный свет во мраке
ох, мальчик мой...
прижмёт сильней кудлатую собаку,
шепнув ей в ухо – им нельзя домой,
туда, где слишком страшен стал закат,
где – ни-ко-го,
прицельный свет во мраке
ох, мальчик мой...
ему двенадцать, мне под пятьдесят,
но кажется, что он меня взрослее –
как все они, кто старше стал за час,
за час, за день
а пули всё свистят
осколки детства не собрать, не склеить...
простите нас
но кажется, что он меня взрослее –
как все они, кто старше стал за час,
за час, за день
а пули всё свистят
осколки детства не собрать, не склеить...
простите нас
[/spoiler]
23. Обычные дела
[spoiler]
Опять у нас она, междоусобица -
Большая смута с горем пополам.
И совесть хочет как-то приспособиться
Который год к бессовестным делам.
Боишься самому себе признаться ты,
Что диких распрей дух опять в игре,
Хоть двадцать первый век, а не двенадцатый,
Стоит - по стойке смирно - на дворе.
За ухо ущипну себя – не снится ли?
Не чудится случайно ли? Ужель
В почете снова старые традиции
Разбоев по ночам и грабежей?
Опять, как встарь, в набеги резво бегаем
И, проявив недюжинную прыть,
Вступаем в сговор даже с печенегами,
Лишь только бы соседу насолить.
А как потом с соседом жить - неважно нам.
Летим в степи, как лошади, пыля.
Любую стерпят ложь поля бумажные,
Любую кровь - пшеничные поля.
[/spoiler]
24. Разговор с Наташей о современной поэзии
[spoiler]
Милая Наташа
с неба звёзд не хватает, но любима всеми,
и на её улыбку всегда хочется улыбнуться,
и на всех у неё хватает сил и времени,
даже когда она думает о том, что дома давно всё растаяло,
а здесь так холодно
(мы принесли ей тэн и она так ждала мая,
а теперь грустно смотрит на снежный город),
и я чувствую свою вину в том, что она замерзает,
и несу ей шоколадку и чашку чая,
чтобы увидеть, как теплеют её глаза,
и забываю всё, что хотел сказать и теряю голос,
и чувствую себя трусом
(она догадывается или знает, но не ждёт от меня разговоров
и рассказывает сама).
Говорит – мне кажется, что уже двенадцатый месяц зима,
у нас сейчас, веришь, как в сказке,
скоро город будет весь в цветах,
а у меня перед дверью маки,
и в саду невозможная красота,
мы ведь хорошо жили, счастливо:
свой дом,
две квартиры, обставленные от и до,
чтобы сыну было с чего начать, и
такая зарплата, что здесь и не снилась,
и машин было три,
всё пропало, когда бежали...
с неба звёзд не хватает, но любима всеми,
и на её улыбку всегда хочется улыбнуться,
и на всех у неё хватает сил и времени,
даже когда она думает о том, что дома давно всё растаяло,
а здесь так холодно
(мы принесли ей тэн и она так ждала мая,
а теперь грустно смотрит на снежный город),
и я чувствую свою вину в том, что она замерзает,
и несу ей шоколадку и чашку чая,
чтобы увидеть, как теплеют её глаза,
и забываю всё, что хотел сказать и теряю голос,
и чувствую себя трусом
(она догадывается или знает, но не ждёт от меня разговоров
и рассказывает сама).
Говорит – мне кажется, что уже двенадцатый месяц зима,
у нас сейчас, веришь, как в сказке,
скоро город будет весь в цветах,
а у меня перед дверью маки,
и в саду невозможная красота,
мы ведь хорошо жили, счастливо:
свой дом,
две квартиры, обставленные от и до,
чтобы сыну было с чего начать, и
такая зарплата, что здесь и не снилась,
и машин было три,
всё пропало, когда бежали...
Она чувствует, что я растерян и не знаю, что говорить,
и добавляет –
донецких, конечно, жалко.
и добавляет –
донецких, конечно, жалко.
[/spoiler]
25. Тени исчезают в полдень
[spoiler]
Что бы мне такое выпить?
Чем бы мне таким заесть?
Чтоб не выть, навроде выпи,
Наблюдая жизни жесть.
Завязать глаза банданой
В городской своей черте -
Ни Донбасса, ни Майдана.
Ни ранений, ни смертей.
Уколоться и забыться,
Как там Гамлет завещал,
И не бить соседям лица
Из-за общего борща.
Чтоб галушки и пельмени
Побратались бы в меню
Чтоб исчезли в полдень тени,
Усыхая на корню.
Ну а в полночь только звезды,
На худой конец, луна.
Этот мир для жизни создан,
Ну а жесть нам - на хрена?
[/spoiler]
26. Тем летом
[spoiler]
Мальчишеский понт в деревенской грязи:
глазеют девчонки – и Рита и Вита.
Твой взгляд по оструганной жерди скользит.
Но планка не падает, крепко прибита.
глазеют девчонки – и Рита и Вита.
Твой взгляд по оструганной жерди скользит.
Но планка не падает, крепко прибита.
Не сбить эту планку – задача проста.
Натянешь футболку до самой Европы,
прямой и подтянутый выйдешь на старт.
Но выше Европы не прыгнешь, не пробуй.
Натянешь футболку до самой Европы,
прямой и подтянутый выйдешь на старт.
Но выше Европы не прыгнешь, не пробуй.
Разбег – и взлетаешь под визг поросят.
Вороны взволнованно крылья топорщат.
Котейки глаза на попытку косят.
Цепляешь Европой и падаешь, в общем.
Вороны взволнованно крылья топорщат.
Котейки глаза на попытку косят.
Цепляешь Европой и падаешь, в общем.
Но это ничо, поболит и пройдёт.
Девчонки смеются, но так, не в обиду.
Не в улей упал, не на кол, не в котёл.
И встал, пацанам улыбнувшись для виду.
Девчонки смеются, но так, не в обиду.
Не в улей упал, не на кол, не в котёл.
И встал, пацанам улыбнувшись для виду.
Вдали на путях тепловоз загудел.
Кончается август, и грустно немного.
Все вместе: в мечтаниях, играх, труде.
Двенадцать апостолов летнего бога.
Кончается август, и грустно немного.
Все вместе: в мечтаниях, играх, труде.
Двенадцать апостолов летнего бога.
Мы вместе. Ещё ни один не погиб.
Не вышел в окно, не нарвался на пулю.
И даже пацанское слово «враги» –
не жжёт (как девчонки на ранку подули).
Не вышел в окно, не нарвался на пулю.
И даже пацанское слово «враги» –
не жжёт (как девчонки на ранку подули).
Кто слова не держит – всегда не у дел.
Киваем серьёзно, как равные равным.
Двенадцать присяжных на детском суде,
где каждый услышан и каждый оправдан.
Киваем серьёзно, как равные равным.
Двенадцать присяжных на детском суде,
где каждый услышан и каждый оправдан.
[/spoiler]
27. Отделение
[spoiler]
один к одному - не святые апостолы, в окопах святые без видимой пользы,
за правдой на спорную землю ниспосланы
двенадцать, и все как один добровольцы.
в минуты затишья бывают улыбчивы - смешливые дети с чуть видной горчинкой
в глазах и словах. отделенье за вычетом...
за вас третий тост - несвятые мальчишки.
я видел, я знаю - колонну походную
ведёт в небеса светлый радостный странник -
тринадцатый, знающий всю подноготную
о дюжине, сдюжившей на поле брани.
за вас, ради вас третий тост сквозь рыдания,
предателей дюжины нет и не будет!
я плачу, я слаб - гложет мысль, злая тайная:
хоть кто-то бы выжил, пусть даже иудой!
[/spoiler]
28. Огоньки
[spoiler]
На мгновение – долгое, тёмное –
потерялся рассвет за окном.
Слишком много забытого помню я.
Слишком пуст не дождавшийся дом.
потерялся рассвет за окном.
Слишком много забытого помню я.
Слишком пуст не дождавшийся дом.
Шаг за шагом скрипя половицами,
нарушаю застывший покой –
заколотится сердце вдруг, птица ли
вдруг забьётся под слабой рукой.
нарушаю застывший покой –
заколотится сердце вдруг, птица ли
вдруг забьётся под слабой рукой.
Здесь все тени до боли знакомые,
невесомо коснутся щеки –
мол, простили,
и выйдут из комнаты…
На гирлянде моргнут огоньки.
невесомо коснутся щеки –
мол, простили,
и выйдут из комнаты…
На гирлянде моргнут огоньки.
Бесконечным был год, да вот выгорел.
Сколько лет так сгорело дотла.
И не важно – где жизнь, а где вымысел,
я пришла насовсем.
Я пришла.
Сколько лет так сгорело дотла.
И не важно – где жизнь, а где вымысел,
я пришла насовсем.
Я пришла.
[/spoiler]
29. Письмо
[spoiler]
Меня подменили в двенадцать.
Решил написать перед сном.
Пора не скрывая признаться,
Что думаю лишь об одном.
Решил написать перед сном.
Пора не скрывая признаться,
Что думаю лишь об одном.
Жду отпуск в горячем июле.
Распишемся? Свадьба, фата…
Задача не встретиться с пулей,
Пожалуй, не очень проста.
Распишемся? Свадьба, фата…
Задача не встретиться с пулей,
Пожалуй, не очень проста.
Бойцы у нас сплошь неженаты,
И нет среди них подлеца.
Жаль только, кольцо от гранаты
Им ближе другого кольца.
И нет среди них подлеца.
Жаль только, кольцо от гранаты
Им ближе другого кольца.
Не лучшее время для брака,
Но лучше не будет пока.
Атака идёт за атакой,
И порохом пахнет рука.
Но лучше не будет пока.
Атака идёт за атакой,
И порохом пахнет рука.
А если какой-нибудь дате
Придётся захлопнуть пробел,
То денег, наверное, хватит
На новую свадьбу тебе.
Придётся захлопнуть пробел,
То денег, наверное, хватит
На новую свадьбу тебе.
Возможно, уже не в почёте?
Пиши, вот и вся недолга!
Спеша тарахтит на подлёте
Противная Баба Яга…
Пиши, вот и вся недолга!
Спеша тарахтит на подлёте
Противная Баба Яга…
[/spoiler]
30. Ночь в музее
[spoiler]
Когда мне полночью в музее выпить не с кем,
(работа сторожа ночного нелегка)
Антуанетте ставлю голову на место,
и наливаю по бокалам коньяка.
В ней столько смеха ненатужного томится,
так умилителен почти французский шарм,
пока она, вполоборота, пальцем-спицей
украдкой трогает на шее бледный шрам.
- Pardon, скажите, а меня казнят сегодня?
- Позвольте так, Мари, ответить на вопрос:
мы - куклы Господа, мы все в руках господних
всего лишь тряпки, краска и обычный воск.
Мы – смех и грех, до агнцев божьих нам куда уж,
Но, всё же, мысль одна покоя не даёт:
Казнить за то, что неудачно вышла замуж…
Такое скотство от французов, ё-моё!
Не надо слёз – горячий воск испортит плечи!
И лучше всё сказать, как есть, чем промолчать:
да, обезглавлен, но не обесчеловечен,
трудней, поверьте, бедолагам-палачам.
La vie est belle! Давайте с вами до рассвета
под коньячок вести беседы. Ничего,
что обезглавлю вас потом, Антуанетта,
до новой полночи дежурства моего?
[/spoiler]
31. Учитель
[spoiler]
Я забыл перелётные руки твои,
Но твержу теорему про катет.
Если завтра придётся закончить бои,
То, наверное, это прокатит.
Но твержу теорему про катет.
Если завтра придётся закончить бои,
То, наверное, это прокатит.
Как мои ребятишки? Большие уже?
По весне пропускают уроки?
Их рисунки повсюду висят в блиндаже
И наивные детские строки.
По весне пропускают уроки?
Их рисунки повсюду висят в блиндаже
И наивные детские строки.
Тут у нас, словно в школе, одна суета.
Новобранцев зовём малышами.
Притащили недавно хромого кота —
Он, подлец, подружился с мышами,
Новобранцев зовём малышами.
Притащили недавно хромого кота —
Он, подлец, подружился с мышами,
Погрустив о превратностях новой судьбы
И проблемах стрелковых грамматик…
В лесополке вчера появились грибы.
На жарёху, наверное, хватит.
И проблемах стрелковых грамматик…
В лесополке вчера появились грибы.
На жарёху, наверное, хватит.
Мне фотограф сказал, чтобы я не мигал
И глаза округлил, как баранки.
Мастера поутру приварили мангал
Для любителей жарить на танке.
И глаза округлил, как баранки.
Мастера поутру приварили мангал
Для любителей жарить на танке.
На большом «Леопарде» пробита броня.
Всё семейство кошачьих, молчите!
Каждый день по-отечески учит меня,
Но война — нехороший учитель.
Всё семейство кошачьих, молчите!
Каждый день по-отечески учит меня,
Но война — нехороший учитель.
Я родной ли, чужой ли сегодня стране
Поправляю затейливый локон?
И не выскажет прямо, на чьей стороне
Тот, что в розах в «Двенадцати» Блока.
Поправляю затейливый локон?
И не выскажет прямо, на чьей стороне
Тот, что в розах в «Двенадцати» Блока.
[/spoiler]
32. Сон в руку
[spoiler]
Приснилось, что на белом свете
остался ты совсем один.
И жить теперь придется с этим
со всем до старческих седин.
Вверх исчезающею змейкой
струится дым от сигарет.
Назло - подсела батарейка
и связи с этим миром нет.
Так непривычно ощущенье -
молчит все время телефон.
Жить невозможно без общенья
под модный блюзовый рингтон.
Пропала связь, чуть-чуть встревожен,
что никого как-будто нет,
кто без тебя прожить не сможет.
Живут - и в этом весь ответ.
А на часах уже двенадцать,
на трассе пусто, скат пробит.
Запаски нет, бензин, признаться,
был недостаточно залит.
Одна лишь маленькая штука
и ты, дружище, не у дел.
Сиди, кури (а сон был в руку!),
раз это не предусмотрел.
[/spoiler]
33. Странный разговор
[spoiler]
К ночи расселись. Под хор цикадный
и ветер с далёких гор
здесь, за столом, завязался странный
в общем-то, разговор:
и ветер с далёких гор
здесь, за столом, завязался странный
в общем-то, разговор:
- Пётр, такое забыть едва ли,
помнишь ведь, не молчи!
Как по воде мы с тобой гуляли,
ноги не промочив?
помнишь ведь, не молчи!
Как по воде мы с тобой гуляли,
ноги не промочив?
Прямо под нами резвились рыбы,
в солнечных брызгах дня.
Зря это вспомнил сейчас я, ибо
скоро предашь меня.
в солнечных брызгах дня.
Зря это вспомнил сейчас я, ибо
скоро предашь меня.
Тени от гор становились выше
гор самих. Он спросил:
- Помнишь, Андрей, было мало пищи,
а накормили всех?
гор самих. Он спросил:
- Помнишь, Андрей, было мало пищи,
а накормили всех?
Как они ели от пуза, боже,
всем до отвала даждь.
Только зачем вспоминать. Ты тоже,
тоже… не спорь, предашь.
всем до отвала даждь.
Только зачем вспоминать. Ты тоже,
тоже… не спорь, предашь.
Или… быть может, случится чудо?
Встанут стеной – спасти?
- Нет – усмехнувшись, сказал Иуда.
Все предадут, прости.
Встанут стеной – спасти?
- Нет – усмехнувшись, сказал Иуда.
Все предадут, прости.
Будешь, оплёван и изувечен,
в муках ты умирать,
и над растерзанным человечьим
сыном склонится мать.
в муках ты умирать,
и над растерзанным человечьим
сыном склонится мать.
Что? Воскрешение? Тоже сказки!
Ты хоть себе не лги!
Времени мало… не трать напрасно,
Прямо сейчас беги!
Ты хоть себе не лги!
Времени мало… не трать напрасно,
Прямо сейчас беги!
Подуспокоятся – в Галилее
купишь себе жильё,
женишься, будешь пахать и сеять,
смертный, зато, живьём.
купишь себе жильё,
женишься, будешь пахать и сеять,
смертный, зато, живьём.
Нет, он не спорил. Молчал устало,
слушал, прикрыв глаза,
и представлял, как в рассвете алом
тоненькая лоза
всходит. Пред адом земным и пеклом –
солнцем в сто тысяч жал
веет прохладой… на листьях блёклых
капли росы дрожат.
слушал, прикрыв глаза,
и представлял, как в рассвете алом
тоненькая лоза
всходит. Пред адом земным и пеклом –
солнцем в сто тысяч жал
веет прохладой… на листьях блёклых
капли росы дрожат.
Чашу подняв, подмигнул Иуде:
- Полноте, фарисей!
Не воскресит? Значит, будь что будет…
Значит – за вас!
За всех.
- Полноте, фарисей!
Не воскресит? Значит, будь что будет…
Значит – за вас!
За всех.
[/spoiler]
34. Первый шаг
[spoiler]
Так вот смотришь на мужчину и томишься,
С ним улыбками и взглядом обменявшись, –
Умный профиль и бугрящиеся мышцы...
На какой к нему подъехать бы коняшке,
Чтоб потом, добавив в голосе металла,
На ватцап "голосовыми" объясняться:
"Я тринадцатым ребром тебе бы стала
Если б ты забыть умел свои двенадцать!"
[/spoiler]
35. Сказка продолжается…
[spoiler]
Новый год наступит точно в срок,
в полночь свой отсчёт продолжат стрелки…
Но моих сомнений узелок
развязать не сможет дождик мелкий.
Тараторит по привычке: «Спи,
всё пройдёт, предательство, тревоги.
Душу разъедает яд обид.
Не суди, угодно было Богу…»
Только твой, сынок, счастливый смех
заставляет позабыть плохое.
Ты дороже и любимей всех.
Я не одинока, нас же двое!
Мандарины, торт и оливье,
свечи, ёлка – праздника приметы.
Ждём гостей, придёт морозный дед,
из мешка достанет дар заветный.
А потом внезапно ты уснёшь,
прижимая дорогой подарок.
И тебе не помешают дождь,
фейерверки, песни под гитару…
Сказка продолжается сейчас,
вновь куранты бьют двенадцать раз.
[/spoiler]
36. Двенадцать зевак
[spoiler]
«Гуляет ветер, порхает снег.
Идут двенадцать человек.»
А. Блок
Идут двенадцать человек.»
А. Блок
«Мы на горе всем буржуям
мировой пожар раздуем».
Скачет по полю огонь
третий год не спит Харон
на яву кошмарный сон –
гул редеющих колонн
колоколен нервный звон
не смолкает в небе стон
катит воды Ахерон
кто молился – тот прощён.
Мировая – не беда
лишь бы хлеб был да вода
лишь бы нас никто не трогал
целы, сыты слава Богу
кто гадает на свободу?
жизнь да смерть – и вся колода
двойка, туз пиковой масти
заработать – не украсть и
деньги копятся на карте
только Там их негде тратить
есть патроны в автомате
мировой не дремлет враг
близок край – всего лишь шаг
Ты подумал: «какая глупость!»
Где-то пахнет горелый пластик.
На рекламе: «Христовы страсти»
ДТП, и полно зевак.
Ведь нормально же всё, по сути?
Просто кто-то там воду мутит.
Бред поэта – пустые звуки.
Слава Богу, пока слова.
мировой пожар раздуем».
Скачет по полю огонь
третий год не спит Харон
на яву кошмарный сон –
гул редеющих колонн
колоколен нервный звон
не смолкает в небе стон
катит воды Ахерон
кто молился – тот прощён.
Мировая – не беда
лишь бы хлеб был да вода
лишь бы нас никто не трогал
целы, сыты слава Богу
кто гадает на свободу?
жизнь да смерть – и вся колода
двойка, туз пиковой масти
заработать – не украсть и
деньги копятся на карте
только Там их негде тратить
есть патроны в автомате
мировой не дремлет враг
близок край – всего лишь шаг
Ты подумал: «какая глупость!»
Где-то пахнет горелый пластик.
На рекламе: «Христовы страсти»
ДТП, и полно зевак.
Ведь нормально же всё, по сути?
Просто кто-то там воду мутит.
Бред поэта – пустые звуки.
Слава Богу, пока слова.
[/spoiler]
37. Фазенда
[spoiler]
Двенадцать соток это вам не шесть,
Две человеческие силы на участок,
Два выходных в неделю —
______________________ запрягают часто,
И напрягают дети — просят есть.
Вот подрастут и будем вместе тут,
Хоть помечтать о том, что будем видеть часто
От сих и до заката…
__________________ вскапывать участок —
Работа есть, а вишни не растут!
Вишнёвое варенье сотню лет
Я ожидаю каждый год…
_____________________ И вновь напрасно!
Так каждый день, когда он календарно – красный,
Встречаю только на своей земле.
[/spoiler]
38. Прорвёмся!
[spoiler]
Наверно, я не создан для любви.
Сипит за кругом разжиревший Вий
и тянет лапы, в душу влезть пытаясь.
А демонов вокруг и так полно.
Куда ты лезешь, чучело? За мной
кто только не охотился... Вот стая
каких-то глупых, непонятных крякв,
которые сначала говорят:
люблю до гроба, жизнь в разлуке - мука.
Потом считают деньги и дома,
приводят для знакомства пап и мам,
и в душ, и в душу заходя без стука.
А вот другие - мышкой в уголок,
и смотрят с обожанием, светло,
и разговоры только о высоком.
А позже начинается нытьё:
сырой свеколки поедим, запьëм
полезность эту - тьфу - морковным соком.
Бывают змеи - раз и предают.
Наводят лоск в квартире и уют,
поют о домоседах и покое.
Потом ночные клубы, суета,
не помню ничего, давай летай
со мной, я птица-жар и всё такое.
Наверно, я не создан для любви.
Устал, поник, наслушавшись сивилл,
внушающих - пора уже сдаваться.
И демоны вокруг тесней, тесней,..
но сверху кто-то скажет, сняв пенсне:
"Не хнычь, прорвёмся! Рёбер-то двенадцать."
[/spoiler]
=====================================
Здесь читаем и обс..уждаем. А голосуем в специально отведенном месте.
Минимум 3, максимум 13 работ в шорт. Трем из них можно дать 1-е место (+1 балл).
Голосовать за себя нельзя. Уличенные в этом будут наказаны по всей строгости. За членов своей команды голосовать можно, ибо тут каждый играет за себя.
Голосуем до 23.05.24г включительно.
Comments
16/05/2024 11:05
Нравится. Ветрововск, может. Хотя для нее, слишком много оптимизма 
16/05/2024 22:06
Я не люблю рифмовку АББА. У меня сразу пропадает желание читать стихотворение. Понимаю, что это неправильно, но ничего не могу с собой поделат.
Но в данном стихотворении мне такая рифмовка ничуть не помешала, потому что стихотворение хорошее, со смыслом. Грустная история со светлым финалом. Очень понравилось!
17/05/2024 15:21
Мне стихо понравилось, оно детское, в хорошем смысле. Недавно ездили в Белгород, остановились у друзей, у них ночевали внуки 3 года и 5, мальчишки. Объявили тревогу, мы сидели в коридоре, а дети молились, по- своему, не как мы, взрослые, дети трогательно молятся, они разговаривают с Богом, как с живым и присутствущим человеком. Почему-то это стихо напомнило.
15/05/2024 23:20
19. Все были счастливы
Приснился Бог — рассказывал о том,
как Он двенадцать лет прожил котом:
гулял по крышам, кушал голубей,
и пел ночами о любви своей,
дразнил с забора злого кобеля, надоедало —
шёл в подвал гулять,
вернувшись в дом, орал, будил соседей,
как запускали — сразу же всё метил.
Все были счастливы, раз кот домой пришёл.
И видел Бог, что это хорошо!
16/05/2024 21:41
А мне вот этот симпатяга-коротыш нравится, кстати (чуть забыла сказать 
)
16/05/2024 22:09
Симпатичное стихо. Понравилось бы ещё больше, если бы не ощутимый сбой ритма в этих строчках.
вернувшись в дом, орал, будил соседей,
как запускали — сразу же всё метил.
Все были счастливы, раз кот домой пришёл
15/05/2024 23:23
20. Соври
На старых снимках тают города,
Всё чаще в никуда уходит кто-то.
И по ночам горчат, как никогда,
Двенадцать долек пасмурного года.
И по ночам горчат, как никогда,
Двенадцать долек пасмурного года.
Короткий путь от вербы до снегов,
От рыжих листопадов до капели...
Скажи, приятель, ты признать готов,
Что мы пожить как будто не успели?
От рыжих листопадов до капели...
Скажи, приятель, ты признать готов,
Что мы пожить как будто не успели?
Что так небрежно брошены на холст
Любовь, мечты, и смех за летней рощей.
Мы думали, что мир совсем не прост.
Мы ошибались: всё намного проще.
Любовь, мечты, и смех за летней рощей.
Мы думали, что мир совсем не прост.
Мы ошибались: всё намного проще.
Слов карусель – апрели... феврали...
То суета, то насморк по погоде...
И всё понятно. Но, прошу, соври,
Что нам нескоро скажут: стоп, выходим.
То суета, то насморк по погоде...
И всё понятно. Но, прошу, соври,
Что нам нескоро скажут: стоп, выходим.
16/05/2024 21:35
Хорошее лиричное стихотворение, с лёгкой грустинкой и красивыми образами. Приятно читать. Уважаемый автор, спасибо за лирику!
15/05/2024 23:33
21. Рыбка и скорпион
Ты стала рыбкой - маленькой, невзрачной.
В холодной геометрии стекла
ты плаваешь безмолвно и незряче,
ища себя…
За светом ярких ламп
не видя солнца и не веря в солнце,
у тонких стен незапертой тюрьмы
ты ждешь, что мир вот-вот перевернётся,
чтоб наконец забыть, что были «мы».
Что было всё понятно, мирно, просто -
ни чешуи на душах, ни тоски.
В ладонях счастье, жизнь - не перекрёсток
дорог, в конце которых тупики…
Не берегли. Казалось, так и будет -
всё неизменно, всё предрешено.
Теперь друг другу палачи и судьи,
как в мелодрамном, выцветшем кино.
Виня во всём слезящееся небо,
и гороскопы нервно теребя,
ты стала рыбкой, маленькой, нелепой.
я - скорпионом, жалящим себя.
16/05/2024 11:01
Такое - в стиле шестидесятников. Люблю такие.
Мелодрамном кино - неуклюже смотрится
15/05/2024 23:39
22. ему двенадцать
ему двенадцать, тонкое лицо,
неловкая улыбка моны лизы
и взгляд нездешний – ввысь за облака,
за первым оперившимся птенцом,
взлетевшим с дребезжащего карниза
пока-пока
неловкая улыбка моны лизы
и взгляд нездешний – ввысь за облака,
за первым оперившимся птенцом,
взлетевшим с дребезжащего карниза
пока-пока
его почти пугает тишина:
с едва звенящим тополиным пухом,
доверчиво ласкающим ладонь –
не пепел, нет, кружащий у окна,
где гарь и дым, где входит смерть без стука
не смей, не тронь!
с едва звенящим тополиным пухом,
доверчиво ласкающим ладонь –
не пепел, нет, кружащий у окна,
где гарь и дым, где входит смерть без стука
не смей, не тронь!
случается, что вздрогнет невпопад,
прижмёт сильней кудлатую собаку,
шепнув ей в ухо – им нельзя домой,
туда, где слишком страшен стал закат,
где – ни-ко-го,
прицельный свет во мраке
ох, мальчик мой...
прижмёт сильней кудлатую собаку,
шепнув ей в ухо – им нельзя домой,
туда, где слишком страшен стал закат,
где – ни-ко-го,
прицельный свет во мраке
ох, мальчик мой...
ему двенадцать, мне под пятьдесят,
но кажется, что он меня взрослее –
как все они, кто старше стал за час,
за час, за день
а пули всё свистят
осколки детства не собрать, не склеить...
простите нас
но кажется, что он меня взрослее –
как все они, кто старше стал за час,
за час, за день
а пули всё свистят
осколки детства не собрать, не склеить...
простите нас
16/05/2024 09:24
Блин! Это же почти копла. В русской поэзии очень мало двенадцатистиший в застывшей форме коплы. Давайте сделаем коплу..давайте, давайте. Пытался написать на этот конкурс коплу, у меня не получилось
Буду ещё пробовать
16/05/2024 10:57
Полезла гуглить, что такое копла...
А стихотворение хорошее, даже очень. Единственное, слишком много уже таких... Хотя о чем еще нынче писать, если одна тема бьет по глазам который год.
16/05/2024 12:12
Да, Наташа, увы...
Стихотворение сильное. напомнает стиш Габриеля "Коточеловеческий человекокот". Только у него сильнее.
15/05/2024 23:43
23. Обычные дела
Опять у нас она, междоусобица -
Большая смута с горем пополам.
И совесть хочет как-то приспособиться
Который год к бессовестным делам.
Боишься самому себе признаться ты,
Что диких распрей дух опять в игре,
Хоть двадцать первый век, а не двенадцатый,
Стоит - по стойке смирно - на дворе.
За ухо ущипну себя – не снится ли?
Не чудится случайно ли? Ужель
В почете снова старые традиции
Разбоев по ночам и грабежей?
Опять, как встарь, в набеги резво бегаем
И, проявив недюжинную прыть,
Вступаем в сговор даже с печенегами,
Лишь только бы соседу насолить.
А как потом с соседом жить - неважно нам.
Летим в степи, как лошади, пыля.
Любую стерпят ложь поля бумажные,
Любую кровь - пшеничные поля.
16/05/2024 01:36
Ого. Если такие мощные стихи в паратуре, что ж в основном будет? Почти уверена, что это один широко известный автор)))
16/05/2024 09:03
Интересно, а с какими именно печенегами в сговор вступают(ем)?
Про где их вообще нашли, для сговора-то, уточнять не буду
16/05/2024 19:27
Ответ автора:
Неполный список "печенегов" на выбор:
- США
- НАТО
- Северная Корея
- Иран
16/05/2024 19:45
Я не поняла, а что с нашими Печенегами делать и Печенежским водохранилищем в Харьковской области???)))) Или их на карте автора не существует?)) Шо за дискриминация по территориальному признаку?))
16/05/2024 20:56
Их шо, Ленин присоединил не к нам, а к Северной Корее? %-О
;)))
16/05/2024 19:17
Лишь только бы соседу насолить.
Такой себе вариант для детской книжки с картинками
Можно ещё пальчиком погрозить
16/05/2024 21:39
Стихотворение хорошо тем, что каждый в нём увидит ту сторону, которая ему ближе. Даже выбор печенегов предоставлен для обеих сторон.
15/05/2024 23:45
24. Разговор с Наташей о современной поэзии
Милая Наташа
с неба звёзд не хватает, но любима всеми,
и на её улыбку всегда хочется улыбнуться,
и на всех у неё хватает сил и времени,
даже когда она думает о том, что дома давно всё растаяло,
а здесь так холодно
(мы принесли ей тэн и она так ждала мая,
а теперь грустно смотрит на снежный город),
и я чувствую свою вину в том, что она замерзает,
и несу ей шоколадку и чашку чая,
чтобы увидеть, как теплеют её глаза,
и забываю всё, что хотел сказать и теряю голос,
и чувствую себя трусом
(она догадывается или знает, но не ждёт от меня разговоров
и рассказывает сама).
Говорит – мне кажется, что уже двенадцатый месяц зима,
у нас сейчас, веришь, как в сказке,
скоро город будет весь в цветах,
а у меня перед дверью маки,
и в саду невозможная красота,
мы ведь хорошо жили, счастливо:
свой дом,
две квартиры, обставленные от и до,
чтобы сыну было с чего начать, и
такая зарплата, что здесь и не снилась,
и машин было три,
всё пропало, когда бежали...
с неба звёзд не хватает, но любима всеми,
и на её улыбку всегда хочется улыбнуться,
и на всех у неё хватает сил и времени,
даже когда она думает о том, что дома давно всё растаяло,
а здесь так холодно
(мы принесли ей тэн и она так ждала мая,
а теперь грустно смотрит на снежный город),
и я чувствую свою вину в том, что она замерзает,
и несу ей шоколадку и чашку чая,
чтобы увидеть, как теплеют её глаза,
и забываю всё, что хотел сказать и теряю голос,
и чувствую себя трусом
(она догадывается или знает, но не ждёт от меня разговоров
и рассказывает сама).
Говорит – мне кажется, что уже двенадцатый месяц зима,
у нас сейчас, веришь, как в сказке,
скоро город будет весь в цветах,
а у меня перед дверью маки,
и в саду невозможная красота,
мы ведь хорошо жили, счастливо:
свой дом,
две квартиры, обставленные от и до,
чтобы сыну было с чего начать, и
такая зарплата, что здесь и не снилась,
и машин было три,
всё пропало, когда бежали...
Она чувствует, что я растерян и не знаю, что говорить,
и добавляет –
донецких, конечно, жалко.
и добавляет –
донецких, конечно, жалко.
16/05/2024 08:58
Меня трогает стихо, и финал отличный. Наверное, сам бы, если бы его писал, то спрятал бы рифмы, сделал бы внутренними. Просто такую ритмику, как в стихо, сейчас бессовестно эксплуатируют наши зет-поэтки, у меня на неё судорожная готовность
Но стихо, скорее всего,в шортик свой возьму.
16/05/2024 10:53
О поэзии здесь разговора нет, но стихотворение действительно теплое, несмотря на двенадцатый месяц холода. Жалко всех, все так.
Немного будто перетянули до последних фраз.
15/05/2024 23:47
25. Тени исчезают в полдень
Что бы мне такое выпить?
Чем бы мне таким заесть?
Чтоб не выть, навроде выпи,
Наблюдая жизни жесть.
Завязать глаза банданой
В городской своей черте -
Ни Донбасса, ни Майдана.
Ни ранений, ни смертей.
Уколоться и забыться,
Как там Гамлет завещал,
И не бить соседям лица
Из-за общего борща.
Чтоб галушки и пельмени
Побратались бы в меню
Чтоб исчезли в полдень тени,
Усыхая на корню.
Ну а в полночь только звезды,
На худой конец, луна.
Этот мир для жизни создан,
Ну а жесть нам - на хрена?
16/05/2024 09:02
Тоже неплохое. Пельмени, кстати, нам подарил Китай, но это неважно, хоть морду не пытаются набить, когда мы их русским блюдом называем
С настроением в стихо солидарен.
16/05/2024 21:42
Актуально. И правда - нам, простым людям, на хрена эта жесть? Что нам делить?
Но глаза не завяжешь, уши не заткнёшь, а погибших не вернёшь. Ни с той, ни с другой стороны.
15/05/2024 23:49
26. Тем летом
Мальчишеский понт в деревенской грязи:
глазеют девчонки – и Рита и Вита.
Твой взгляд по оструганной жерди скользит.
Но планка не падает, крепко прибита.
глазеют девчонки – и Рита и Вита.
Твой взгляд по оструганной жерди скользит.
Но планка не падает, крепко прибита.
Не сбить эту планку – задача проста.
Натянешь футболку до самой Европы,
прямой и подтянутый выйдешь на старт.
Но выше Европы не прыгнешь, не пробуй.
Натянешь футболку до самой Европы,
прямой и подтянутый выйдешь на старт.
Но выше Европы не прыгнешь, не пробуй.
Разбег – и взлетаешь под визг поросят.
Вороны взволнованно крылья топорщат.
Котейки глаза на попытку косят.
Цепляешь Европой и падаешь, в общем.
Вороны взволнованно крылья топорщат.
Котейки глаза на попытку косят.
Цепляешь Европой и падаешь, в общем.
Но это ничо, поболит и пройдёт.
Девчонки смеются, но так, не в обиду.
Не в улей упал, не на кол, не в котёл.
И встал, пацанам улыбнувшись для виду.
Девчонки смеются, но так, не в обиду.
Не в улей упал, не на кол, не в котёл.
И встал, пацанам улыбнувшись для виду.
Вдали на путях тепловоз загудел.
Кончается август, и грустно немного.
Все вместе: в мечтаниях, играх, труде.
Двенадцать апостолов летнего бога.
Кончается август, и грустно немного.
Все вместе: в мечтаниях, играх, труде.
Двенадцать апостолов летнего бога.
Мы вместе. Ещё ни один не погиб.
Не вышел в окно, не нарвался на пулю.
И даже пацанское слово «враги» –
не жжёт (как девчонки на ранку подули).
Не вышел в окно, не нарвался на пулю.
И даже пацанское слово «враги» –
не жжёт (как девчонки на ранку подули).
Кто слова не держит – всегда не у дел.
Киваем серьёзно, как равные равным.
Двенадцать присяжных на детском суде,
где каждый услышан и каждый оправдан.
Киваем серьёзно, как равные равным.
Двенадцать присяжных на детском суде,
где каждый услышан и каждый оправдан.
16/05/2024 09:08
Мне очень нравится стихо, но с 5 катрена, будто автору начало далось с мучениями, а потом автор полетел - выше и выше. Сократить бы верхние 4 катрена до двух, сконцентрировать действие и смысл. Будет отличное стихо.
ИМХО, ест-но.
16/05/2024 10:49
Царевич, вы читаете мои мысли. Даже комментировать лень.
Ощущение, что идея была несколько иная до середины. Что-то вертелось вокруг Европ, потом автора понесло в правильном направлении, но начало осталось на шесте (или перекладине, что там было...), как флаг самодельный. "Нехай висит" - подумал автор и отправил стихотворение в паратур.
16/05/2024 13:51
О, а мне как раз понравились Европы эти - вот прям классно обыграно, актуальненькая аллюзия
Сильный финал, про апостолов и присяжных 
16/05/2024 14:21
ути боже мой, кто-то обиделся
Непонятно правда на что, ибо множественное число не подразумевает конкретики и тем паче перехода на личности, ну да ладно, всегда пож-ста, как говорится 
16/05/2024 07:58
27. Отделение
один к одному - не святые апостолы, в окопах святые без видимой пользы,
за правдой на спорную землю ниспосланы
двенадцать, и все как один добровольцы.
в минуты затишья бывают улыбчивы - смешливые дети с чуть видной горчинкой
в глазах и словах. отделенье за вычетом...
за вас третий тост - несвятые мальчишки.
я видел, я знаю - колонну походную
ведёт в небеса светлый радостный странник -
тринадцатый, знающий всю подноготную
о дюжине, сдюжившей на поле брани.
за вас, ради вас третий тост сквозь рыдания,
предателей дюжины нет и не будет!
я плачу, я слаб - гложет мысль, злая тайная:
хоть кто-то бы выжил, пусть даже иудой!
16/05/2024 09:28
предателей дюжины нет и не будет!...хоть кто-то бы выжил, пусть даже иудой!
То есть предавать нехорошо/нельзя, но если очень хочется/надо, то можно? *)
Хочется надеяться, что в последней строке автор просто увлекся формой и забыл о содержании. Иначе придется признать, что этой самой строкой он совершил сознательное детоубийство, безжалостно зарезав собственное дитя. *)
16/05/2024 09:32
Я вообще пока плохо понимаю стихо. Перечитаю раз несколько ещё.
16/05/2024 09:38
А мне (как это ни странно, надо признать ) - нравится стихо.
Последняя строка классная, такая квинтэссенция всего этого раздрая, всего эмоционального накала автора.
И кажется, я догадываюсь, кто стихо написал
16/05/2024 09:41
И кажется, я догадываюсь, кто стихо написал
Я не догадываюсь, знаю кто с вероятностью 99% 
Правильно, Лана. Своих нужно защищать. Я пока не знаю как это сделать, вникаю в стихо.
16/05/2024 09:46
О как, ну я не настолько уверена, если честно, кто автор - можем сравнить мои подозрения и Вашу уверенностть
И я не защищаю, мне правда нравится, я эмоции считываю и понимаю.
Last seen: 20/04/2026 - 19:52
Послать ЛС