Иногда со стороны может показаться, что на замечание о ритме, рифме или какой-нибудь неровной строке (или "ошибке первого курса о творительном падеже") я отвечаю примерно: «Так и задумано, автор великий, расходимся». Нет. Я вполне вижу в своих текстах слабые места, что-то переделываю, в чём-то сомневаюсь и довольно хорошо представляю несколько собственных зон роста.
У меня несколько необычная иерархия того, что именно я стараюсь оптимизировать в первую очередь. Но сначала небольшое отступление.
(Изображение сгенерировано AI - ChatGPT)
Про перегруз и герметичность
Сами по себе перегруз и герметичность недостатками я не считаю.
Мне нравится высокая плотность, когда одна строка имеет несколько маршрутов чтения, а часть связей открывается только со второго, пятого или десятого прохода.
Да, это повышает порог входа.
Но я уже вижу на других площадках, что существуют читатели, которым именно процесс раскопок и приносит удовольствие. Люди начинают самостоятельно находить связи, спорить о трактовках, искать источники, а иногда вообще уходят по одной нитке куда-нибудь в математику, физику, музыку или другую научную область, уже почти не имеющую отношения к исходному стихотворению.
И вот это меня как раз радует.
Если человек пришёл читать странный текст, а потом обнаружил себя читающим про какую-нибудь теорему или физический эффект, я не считаю, что коммуникация провалилась.
Поэтому специально уменьшать плотность ради того, чтобы произведение полностью раскрылось при первом прочтении, я пока не вижу смысла.
Но здесь есть важное условие:
за герметичностью действительно должно быть что находить.
Сделать текст мутным несложно. Сделать его плотным так, чтобы последующие раскопки вознаграждали читателя, — уже отдельная задача.
1. Объём пойманных языковых возможностей
Если рядом уже лежит потенциальная цепочка смыслов, созвучий и превращений, а я использовал только первое очевидное звено, вот это действительно может ощущаться как недоработка.
Условно:
Даная — дана ты.
Само по себе это уже работает (но плохо). Для меня здесь только начинается задача, потому что рядом обнаруживаются данные → Даная → дана ты → донаты, а дальше при подходящей ситуации можно подцепить ещё обет → обед.
Поэтому слабый вариант выглядел бы примерно так:
Так. Даная. Дана ты. И донаты несу.
Формально игры уже много, но это пока россыпь: автор просто перечисляет найденные созвучия. Интереснее попробовать провести их через ситуацию:
Какие «данные», Даная?
Ага, ну да — дана ты. И найти нужно тебя.
Как рыцарь молчаливо я несу
тебе обет, обед: несу донаты.
И закрепить каким-нибудь "Любишь пончики?" Вот это для меня уже гораздо ближе к хорошей реализации. «Данные» вызывают Данаю; из имени получается «дана ты»; раз человек «дан», его можно искать; поиск позволяет появиться рыцарю; рыцарь несёт обет; глагол «несу» позволяет буквально поднести обед; а денежная линия выводит к донатам. А если у нас еще и принцесса "Даная", то тут уже абсурдный авангардный поэтический сюжет.
То есть задача не просто в количестве каламбуров (хотя и тут для меня чем больше, тем лучше. См. абзац с "перегрузом" и моим отношением к этому). Мне интересно поймать максимальное число возможностей, не превращая текст в словарь созвучий.
2. Контекст языковой игры
Вторая задача — сделать так, чтобы каламбур не просто существовал, а был подготовлен окружающим текстом.
Например:
Динозаврам далеко до наших «эр».
Для моей системы это слабовато. Шутку восстановить можно, но она висит почти без опоры.
Картавым динозаврам далеко до наших «эр»!
Одно слово «картавым» резко увеличивает плотность: теперь понятно, почему речь внезапно зашла именно об «эр».
А вот:
Эй, вы, хорош картавить тут: давно вы устарели.
А в мезозой теперь для вас открыта эта дверь.
На мне, друзья, вы не одну собаку дружно съели!
Картавым динозаврам далеко до наших «эр»!
— для меня уже сильная реализация. Здесь всё предыдущее движение готовит последнюю строку. Картавость заряжает звук «р», «устарели» приводит к мезозою, мезозой материализует динозавров — и только после этого срабатывает финальное «до наших эр».
То есть хороший контекст делает каламбур не авторской выходкой, случайно вклеенной в текст, а следствием уже происходящего.
3. Кинетика фразы
Третья вещь — то, что я для себя называю кинетикой: насколько естественно фраза разгоняется к своей ударной точке.
Можно сохранить каламбур, но убить его порядком слов.
До наших «эр», пожалуй, далеко
Картавым динозаврам стало ныне.
Смысл тот же. Даже декодируется и всё ещё смешно. Формально такое даже можно пытаться подгонять под размер. Но для меня кинетика здесь плохая: удар вынесен раньше времени, синтаксис приходится распутывать, а фраза после своей главной точки ещё некоторое время тащит хвост.
Сравним:
Картавым динозаврам далеко до наших «эр»!
Здесь фраза почти разговорная. Она движется слева направо и в самый последний момент защёлкивается на «эр».
Поэтому, кстати, обычный совет избегать лишних инверсий в моей поэтике вполне справедлив. Не потому, что инверсии чем-то греховны, а потому, что каламбуру часто нужна мгновенная реакция. Если читателю сначала приходится восстанавливать нормальный порядок слов, часть удара уже потеряна.
И это тоже моя зона роста: иногда форма заставляет меня пожертвовать оптимальной кинетикой.
Например, в моем НЕОсонете из венка «Данте-Галуре»:
Ямкой Петрарку накрыло крыло,
Выбит тобою как лут, словно лот.
«Эй, кота на!» — раскрывается короб,
Прыг из кустов — и катана на горле.
Здесь уже существует цепочка:
лут → лот → кота на → катана.
Но если снять метрические, веночные (и не только, но это секрет) ограничения, по моей внутренней задумке движение было бы ещё прямее:
Я твой маленький лут и разыгран как лот.
Ты открываешь коробку: «Эй, кота на!»
Кот жив, потому что он чёрный. (напомню это про кота Шрёдингера)
Вернее, чёрная катана. Она у меня на горле.
Я её беру и делаю Judgment Cut End.
Оп! Блин! Royal Guard.
Зовись Royal Guardian Angel-chan!
Вот здесь мне нравится именно кинетическая последовательность: каждая фраза физически провоцирует следующую.
Поэтому моя задача сейчас не только придумывать странные языковые ходы, а научиться протаскивать их через строгую форму с минимальными потерями скорости. Это то, что как раз усилит подачу уже при декламации. Будет звучать смешно, оглушающе и ударно. Вот что делает кинетика фразы!
4. Причинная сцепка между узлами игры
Этот параметр связан с предыдущими, но для меня достаточно важен, чтобы вынести его отдельно.
Я не очень люблю конструкцию:
каламбур → ещё каламбур → ещё один каламбур
если между ними нет никакой другой связи, кроме фонетической. И у меня это бывает проскакивает частично.
Мне гораздо интереснее:
каламбур → событие → новый смысл → следующий каламбур.
Поэтому тот же пример с Данаей мне интересен именно тогда, когда "данные → Даная → дана ты → рыцарь → несу → обет → обед → донаты" превращается в маленькое происшествие.
Логика при этом совершенно не обязана быть реалистической. Она может быть абсурдной, сюрреалистической, игровой. Но она должна существовать.
Поэтому иногда я действительно воспринимаю собственный текст как граф: каламбуры — узлы, а хорошая конструкция требует между ними рёбер разных типов.
Не только:
- слово похоже на слово,
но ещё:
- одно событие вызвало другое;
- один предмет превратился в другой;
- персонаж совершил действие;
- предыдущая шутка изменила ситуацию.
Чем больше таких связей совпадает, тем сильнее для меня узел. Поэтому традиционное замечание "текст перегружен" вполне естественное явление в такой поэтике и выбранной эстетике. Здесь эстетика именно в максимальной плотности, то есть радикальная барочность вместо аскетизма.
5. Когда ограничения всё-таки побеждают
Вот здесь уже начинается нормальная внутренняя критика моей системы.
Например, в НЕОсонете из венка «Меха-замке»:
Чо там по данным? Даная? План. Стоп. А...
У лиц дана ты. Найти: тени лун.
Здесь я вижу открытую возможность данные → Даная → дана ты, но реализована она далеко не полностью. Поскольку остальные строки оптимизированы под глобальный сюжет.
Почему оставлено так? Так как это не отдельный свободный текст. Там одновременно давят метр, венок и ещё кое-что. Комбинаторная цена изменения одной строки может оказаться значительно выше самой строки.
Это объясняет результат, но не превращает его автоматически в пятёрку. Всё-таки идеальная версия меня решила бы обе задачи сразу, а не одну из. А пока получилось хотя и хитро, но решить одну из с намёком на вторую, но пока только намёком. Всё это объясняет результат, но не превращает его автоматически в пятёрку.
Как говорится, любую четвёрку можно попытаться сделать пятёркой.
То же самое с:
Чёрный кот-Шрёдингер трек перейдёт, а...
«Кот-Шрёдингер» появился в том числе из-за слога. Но именно сокращение съело дополнительную возможность.
Потому что рядом очень эффектно могла бы лежать вот такая обыгровка:
Кот-то учёный.
Он ходит в роторе кругом по электрической цепи.
И тут начинает раскрываться ещё один каскад:
чёрный кот перейдёт трек (дорогу) → кот-Шрёдингер → кот-то → учёный → электрическая цепь → ходит кругом → ротор.
Я его не реализовал, потому что в данном месте другие ограничения и сюжет оказались важнее. Для себя такое я вполне могу оценить как 4+: решение работает, но я вижу оставленную на столе возможность.
И вот умение решать все эти задачи одновременно — пожалуй, одна из главных моих нынешних зон роста.
Что тогда для меня вторично
И вот только теперь можно сказать про размер, рифму и прочие традиционные параметры.
Я вполне могу видеть единичный сбой ритма, довольно обычную рифму, небольшую синтаксическую неровность или место, где дополнительный смысл считывается хуже, чем хотелось бы.
Но в моей нынешней художественно-эстетической программе это часто шероховатости второго порядка.
Если такую шероховатость можно убрать бесплатно — конечно, лучше убрать.
Если же ради идеально гладкого размера приходится потерять:
- сильную языковую возможность;
- естественный порядок слов;
- кинетику;
- контекст каламбура;
- причинную сцепку;
- дополнительный смысловой маршрут,
то я вполне могу сознательно оставить метрическую неровность.
Именно поэтому замечание «здесь сбился размер» я могу принять как совершенно фактически верное и всё равно ничего не менять. Это не ответ «так задумано».
Это ответ:
«Да, вижу. Но в данном компромиссе другой параметр для меня сейчас важнее».
Где я сам вижу основные зоны роста (ИТОГ)
1. Сколько возможностей языка я заметил — и сколько пропустил?
2. Каждая ли найденная игра достаточно подготовлена контекстом?
3. Можно ли провести фразу к ударной точке быстрее и естественнее?
4. Возникает ли следующий каламбур из происходящего или просто стоит рядом?
5. Можно ли сохранить всё это, не проиграв строгой форме?
И вот здесь работы у меня ещё очень много.
Так что критика сама по себе мне совершенно не мешает. На что-то я отвечу: «Да, здесь согласен». На что-то: «Вижу, но сейчас считаю это вторичным». А какое-то замечание вполне может попасть именно туда, где я сам давно чувствую недоработку. А на что-то я просто не вижу смысла писать ответный комментарий, поскольку вижу, что это чужая мне эстетика (хотя и она может быть популярной у народа и институциональной литературы).
- Бесёнок-каламбурщик's Blog
- Log in or register to post comments