
Подведение итогов - 28 декабря.
Конкурсные произведения:
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
Уже. И что с того, что Он
Женат (повенчан ли? Бог весть)?
"Уже"
рвалось,
дичало.
И клокотало в унисон
С хозяйским "Мой! Сейчас и здесь!"
Греховное начало.
Пробить крепчайшую из стен -
Мы длили муку без конца
Отчаянно и нежно.
Настырный болевой рефрен
"Уже"
насквозь прошил сердца,
Взаимо
не
из
бежно...
[/spoiler]
[spoiler]
и жрал не сильно, не был скупердяем,
не крал, не врал, не ныл и не скулил,
но не кичился этим... чтил хозяев.
Молился на ночь, Библию читал,
на Пасху кушал крашеные яйца.
Был, разумеется, гетеросексуал
и патриот, в отличии от зайца.
Имел жену, котят, соседа пса —
всех уважал (особенно хозяйку),
он даже разу в тапки не нассал!
Но в Рай попал почивший в бозе зайка.
[/spoiler]
[spoiler]
Зима, верхом, вставляя ногу в стремя,
Стегает всех, кто свой не спрятал нос,
И снег летит, проламывая время.
Уже почти два года, как прошло.
Тогда я первый раз, ещё несмело,
Согрел твою замёрзшую ладонь…
Февраль, кружась, нас кутал шалью белой.
Чуть слышно прошептала ты слова,
Забыть их, никогда не хватит силы -
Так мягки были хлопьев кружева,
И ты - так ослепительно красива! -
«Пойми, ведь это - твой священный долг!
Я буду каждый день тобой гордиться!»
И потянулись ниточки дорог,
Огонь, туман, обветренные лица…
И чёрт его поймёт, откуда бьёт,
Взрывая чернозём, морозно-стылый!
И красным стал мгновенно сизый лёд,
Когда кого-то очередь накрыла.
Уже почти два года, как прошло.
Ты вышла замуж, я вас часто вижу.
А я, накрыт обломками тех слов,
Проваливаюсь в вечность:
ниже, ниже…
Кому-то вдруг покажется: солдат
Уходит в небо с журавлиной стаей,
Но гнев не отпускает!
Страшен ад.
Где тот горячий красный лёд не тает.
(гнев)
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
Остальных раскидают по всем девяти этажам,
в соответствии с главным грехом, абсолютно порочных
отдадут Минотавру и Церберу, ждущим нас там.
для себя я не вижу совсем никаких перспектив —
мы живём и грешим, получая на время отсрочку,
зная точно, что все косяки отправляют в архив.
и кивала рассеянно, слушая бешеный бред,
но всему наступает предел и последняя точка,
за которой ты больше не можешь кивать им в ответ.
где давно уже Флегий в болотах мне место забил,
только больше молчать и терпеть этих гадов не надо!
Я отвечу за гнев. Но важнее всего — «Не убий!»
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
Облизал докрасна меч, доспехи и щит,
Не спеша подбирается к телу героя -
Скоро к предкам душа его в небо взлетит!
Окружили костёр подчиненные строем,
Сзади храм Аполлона - он в нём побузил.
Ты за это прости, опаленная Троя,
И за надписи дерзкие: "Здесь был Ахилл!"
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
Оттого, что стал мёрзнуть в постели,
А ведь мной был оплачен "пакет"
Пойла, баб и другой канители.
Не простившись со мной, без оглядки?
Кто изгнал из кровати подруг
И устроил сюрприз этот гадский?!
Что попался вчера на Арбате:
Мы случайно столкнулись лоб в лоб,
Он крестом осенил нас некстати!
Настояв на беседе приватной:
- Это ты мне грехи отпустил!?
Возвращай их немедля обратно!
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
кувшинки грезят в неге одноногой,
Когда опять восходит Водолей
В серебряных сандалиях и тоге,
Как посуху, гуляя по воде.
Где, бурыми прожилками в слюде,
Застыли рыбы.
Водолей игрив.
За хвост таскает глупого налима,
Тот, выпучив стеклянные глаза,
Шипит, как змей, и пятится назад,
Да так, что раки дыбятся пугливо.
Натешившись и наигравшись всласть,
Он держит путь к подводному чертогу,
Русалка Водолея заждалась.
Сгорает от русалочьего счастья,
Прохладная её вскипает кровь,
(Здесь сразу рифмой просится любовь)
Но будет страсть. Точнее, сладострастья
Сгущается медоточивый дым.
Русалка ждёт. По стёклам слюдяным –
воды скольженье, дафний мельтешенье,
Восстань от сна озёрный царь сейчас.
Но крепок сон дряхлеющего царства:
Осклизлые покои пузырятся,
Клубится пена у закрытых глаз.
Всё ближе Водолей. Русалка нижет
На лаковые стрелы камыша
его шаги.
Всё ближе, ближе, ближе.
Жемчужиной горячей – каждый шаг.
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
то ли вина в обед,
только ночью приходит Евгения. Кутаясь в девичий бред,
села на табуретку, смотрит ласково и в упор,
есть у меня, говорит, к тебе разговор.
Не мог бы ты, дорогой мой гой и любимый френд,
зайти в фейсбук? Там среди множества пулемётных лент,
есть одна, а под ней из ваших – ну ни души.
Короче, прошение о досрочном моём подпиши.
Просто возьми и сделай это, не будь мудаком!
А я ей – не, не, Женя, в СИЗО – welcome!
Сколько вас развелось, как в первую мировую на солдатах – вшей,
вкусно жрёте и пьёте, учитесь в МГУ и ВШЭ,
и всё вам не так: народ не народ, страна не страна,
чёрный пиар для вас наше горе и наша война.
А кто это, Женя, там, за тобой – стеной?
Это поди легион либшиз и шакалий вой,
каждый, кто в деда плюнул, у вас – герой.
А за нами, не только Москва, Челябинск, Владивосток,
за нами, Женя – весь наш Бессмертный полк.
Дед мой, что под Калугой в горящую землю лёг,
давай, говорит, не дрейфь, давай, не подведи, внучок!
Твой – рядом, гляди… алеет, как маков цвет.
А ты, Женя, круглая сирота, у тебя ни стыда, ни родины нет.
Девки в тюремных робах мне тоже, знаешь – не айс,
так что лучше ты – как его, цигель – изыди с глаз.
Кто б тебе из сокамерниц подарил увеличительное стекло,
чтобы себя разглядела,
авось бы и помогло.
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
Посты блюла, слыла при церкви «нужной»,
Во славу божью и за божью милость
Распяла бы. Не пропускала службы.
В псалмы вгрызалась, в гимнах и канонах
На клиросе прославилась как прима,
С дьячком дружила, числясь эталоном
Адепта - верным и непримиримым:
«Платок цветаст, подол не слишком долог,
Не там вступил, не так, как надо, встала» -
Кляла не уважавших протоколов
И следующих чину как попало.
Бывало, у ворот стоит охраной
И ну чихвостить паству что есть мочи:
Забыли, мол, дорогу к храму, хамы!
Всех покарают - скопом и бессрочно!
И прихожане, краской заливаясь,
Совали больше нищим на ступенях,
Как будто бы от Дарьи откупались,
В лицо ее, в глаза взглянуть не смея.
Колокола звонили: «Дарья! Дарья!»
Распугивая с крыш ворон и галок,
А Дарья, фанатея от ударов,
Не унималась: «Веры! Веры мало!».
Стихала вдруг, записки изучая.
От сына: «Вышли чай и сигареты», -
Без сантиментов, типа - жду, скучаю.
От ладана в пустой квартирке душно.
Был кот - сбежал, не вынес запах гари
И шепота молитв седой кликуши -
Непогрешимой, безупречной Дарьи.
[/spoiler]
[spoiler]
под осенним седым дождём,
в результате горячих прений
был физически повреждён,
а морально - вообще размазан
по причине ответных мер,
весь помятый, с подбитым глазом
недо-рево-люцио-нер.
Он в спокойных кругах собратьев
сеял смуту, вносил раздор.
Всё на бунт норовил созвать их
и на власти тараном пëр.
Чтобы мнения сделать шире,
жёг глаголом и просто жёг.
Во враждебном, жестоком мире
пил коньяк, а потом боржом.
Не работал, давал советы,
всюду лез на рожон и вот -
полутрезвый, полураздетый,
под соседским окном орёт...
И соседям в ночи не спится -
не дотумкают хоть убей,
что же всë-таки то за птица -
Джек по прозвищу «Воробей».
[/spoiler]
[spoiler]
Тебя, как королеву, в зал несут,
Тебе теперь к лицу - и зелень, и салат,
С тобой любой досуг - крутой досуг.
В тебе печеных яблок сладкий мед
И гималайской соли чистый блеск,
С тобой нежней на вкус Мерлот и Божоле
И даже незатейливый компот.
Китайских иероглифов рецепт
Хранил пекинский древний монастырь,
Но русский ресторан с тобой давно на «ты»,
Гордится спросом и приростом цен.
А помнишь ферму - шумный птичий двор:
Гусиный гомон, куриц, индюков,
Как отключался мозг и как парил легко
Хозяйский окровавленный топор?
А как самцы в сезон любви шипят,
Как селезень в углу тебя топтал,
И как в твоей душе гнездилась пустота,
Когда забрали всех твоих утят?
Прости, расстроить точно не хотел,
Но у меня созрел отличный спич -
Пусть твой утиный бог нальет себе под дичь
За тех, кто так мечтал, но не взлетел.
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
Разные люди, дела и двери. Громкие тайны, чужие речи. Карло всегда в эти бредни верит. И умирает от каждой встречи. Завистью чёрной своей изъеден, в поисках счастья и скудных денег, он невезуч, одинок и беден, словно потрёпанный старый веник.
Он улыбаться совсем не мастер. Женщины хмурым не строят глазки. Карло не знает любви и страсти. Карло не ведает женской ласки. Счастье чужое, чужие жёны вечно ему не дают покоя. Карлик в надвинутом капюшоне – чудо потерянное такое.
Маленький Карло – тяжёлый случай. Люди нелестно о нём судачат. Старый Милан не желает слушать вечную песню о неудачах, о «безнадёжно пробитых чакрах».
Карло, отдавшись тоске и сплину, видимо, скоро совсем зачахнет…
Если не встретит свою Карлину.
(зависть)
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
Словно мерин, по жухлой листве
День скрывался под лысыми вязами,
Без царя и попа в голове.
Как у этого мира внутри
Разлетались обломки империи
Под беззвучные залпы зари.
Ибо выхода попросту нет
У живущего в долг населения
Самой грешной из падших планет.
Свет дневной разбазарив зазря,
Нелюдимые сумерки вешали
Навесные замки на дверях.
Исколовшись о розу ветров,
Переулок, пронизанный холодом,
Прятал руки в карманах дворов.
Стыл барак, обреченный на слом.
Но высотное гордое здание
Не хотело делиться теплом.
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
Крылатый не думает о погосте.
голубка Галина сманила в гости.
Он, Гоша, сначала держался стойко:
мол, что ты! достаточно хлебных крошек...
Но яств у Галины сегодня столько,
что Гоша голодным уйти не может.
сорвался, как будто не ел три года
и, вклюнувшись в горку отборных зёрен,
забыл про Галину
и цель прихода…
Снежинки кружатся в зловещем танце.
У грустной голубки есть сизый голубь.
Душа улетела.
А он остался.
(чревоугодие)
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
(алчность)
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
ни шагу от тебя, ни даже вздоха.
И пусть весь мир накроется зимой,
а после прорастёт чертополохом.
ни шагу от тебя, ни даже звука.
Какой там кофе, и зачем, и где,
когда телесный узел связан туго,
ни рук, ни губ, ни просто сил не хватит.
И кажется, на нас замкнулся круг –
той пуговкой на сорванном халате.
уставился бесстыже наглым взглядом.
Ни шагу от тебя – наоборот,
прижмусь тесней.
Нам так немного надо.
что через час уйдёшь в чужие будни.
Но вновь забудем.
[/spoiler]
[spoiler]
От жадности осталась только тень.
Но отчего-то под лежачим камнем
Лень отыскать богам ужасно лень.
Мы станем жить, беседуя, о чём
Расплакались нечёсаные ивы
В медовый день над медленным ручьём.
Вальяжно люди станут созерцать
То диких пчёл на маковых ладонях,
То нежный свет любимого лица.
Мол, кто доволен, тот совсем ослеп.
Да, люди не ведут большие войны,
Но неохота даже сеять хлеб.
Читатель, ты, возможно, не простишь,
Но мне так лень искать слова финала
На белых листьях заметённых крыш.
[/spoiler]
[spoiler]
и согревает бережно в горсти.
А небо давит тяжестью свинцовой,
скрывая свет от сбившихся с пути.
не дотянув до краешка земли.
Пречистый снег спокойно спит в ладонях.
Качают день седые ковыли.
как пепел выстилает города.
Там где-то снова плачет мать о сыне.
И снова роют яму для креста.
всё чаще призывают божий гнев.
И как не злиться, каждый раз болит ведь –
кого он спас, однажды умерев?!
за чьи грехи распятие принять –
когда здесь все, и молодой, и старый,
полягут в ковылях к исходу дня.
замешивая благо на крови...
Он тихо шепчет мальчику:
живи…
[/spoiler]
[spoiler]
Колокол дрогнул и замер короткий набат.
Где-то крысёныш пакетом недолго шуршал.
И тишина...Там такая была тишина...
Знаешь, забавно, но вышло: грешил, не грешил –
Каждый (и вор, и священник, что первым погиб)
Всё же увидел сияющий ядерный гриб.
Тёмные лбы, и пещеры безжизненных глаз,
И на девичьем запястье карминную нить...
Отче наш, отче, и некому нас хоронить.
Что же я сделал, что в сумерках первого дня
Раненый ангел шепнул над моей головой:
Боже, мой боже, завидует мёртвым живой...
[/spoiler]
[spoiler]
тяни резину, заплетай в строку,
не просвисти последние пиастры.
На ёлке шар, на Кубе братство Кастро,
на «пей давай» шепнёшь «мерси боку»,
и ром зайдёт per aspera ad astra.
работает, но только натощак:
лапшу доел, и чойта усомнился.
Реально ад, а не игра «Зарница».
Когда тебя дурили, ты прощал,
но стоп – паштет гусиный не про Нильса.
гудишь теперь, как шмель Иерихон,
а правый бок горит и дышит гневом,
и сердце часто-часто бьётся в левом,
но этот грех не отмолить стихом.
Думай, ёжик Нео.
[/spoiler]
[spoiler]
падает солнце и тонет в слезах с соплями.
В бога не веришь, но просишь в чужом подъезде –
сделай хоть что-то, ей место в змеиной яме!
ходит бесстыдно в короткой джинсовой юбке.
Лёгкой походкой играет парням на нервах,
столько мальчишек, а жмётся, зараза, к Юрке.
губы сердечком и ноги длины опасной.
Ходит за ней как телок без мозгов по краю.
Боже, они ведь не пара! Для всех всё ясно.
разве вот юбка – старушечья, аж до пяток.
Помню, я Аньку толкнула, так подло – в лужу.
Юбку обрезала криво, от мамы спрятав.
мир в мои сорок – навыворот, вид с изнанки.
Город из детства стал просто военной целью.
Господи, если ты есть – помоги там Аньке...
[/spoiler]
[spoiler]
Пел-плясал, да девки спать легли.
Пил как конь, но водки не хватало.
Водки. Не хватало. Блинский блин!
Да, колхоз. Пусть нищий, но большой.
Новенький УАЗ, на зависть бате.
Джинсы клёш, кисеты с анашой.
мне согласовал уже майор.
Вот, налейте в вазу. За победу.
За победу в жизни, ё-моё!
Синий Кришна с флейтой и пером.
Кришна мне сказал: «Собрался, ишь ты.
Был Петрушкой – стал большим Петром.
(не возьмут в рехаб, иди в ашрам).
Жадность – это лучшее лекарство.
Если разом пачку не сожрать».
[/spoiler]
[spoiler]
С тёплым запахом и глянцевым бочком.
А соседка то вздыхает, что одна,
То под рюмку посмеётся ни о чём.
Сквозь пургу порой маячит вдалеке
Дом, в котором у хозяйки даже в пост
То ли сахар, то ли пудра на щеке.
Улыбнётся: заходи да помоги.
От сметаны по-особому нежны
У соседки расписные пироги.
Стану чаем со сгущёнкой запивать…
И кряхтеть, что дома пряники грубы…
Но уютнее знакомая кровать.
[/spoiler]
[spoiler]
Зимняя осень, осенняя ли зима –
Разницы нет: депрессуха скребётся в двери.
Ищешь интуитивно какой-то плюс,
Где-то ведь должен найтись потаённый шлюз,
Тот, что, открывшись, заставит в добро поверить?
Как далеко ты забрался за рубикон,
И для чего в этот проклятый хаос послан?
Пыжишься, тщишься понять и подняться, но
Не помогают ни истина, ни вино,
Чем очевидней ответ – тем страшней вопросы.
Что-то безумное вырвалось из глубин,
Демоны скалят в противной ухмылке зубы.
Золото застит рассветы, глаза и ум,
Зреет и множится новый посев иуд,
Страшная жажда тщеславных людишек губит.
Вот переплавить бы весь золотой песок
На купола для церквушек, где плачут бабы.
Жаль, ты не маг, не алхимик и не министр,
Не Прометей с необъятной охапкой искр.
Если не помер ещё – приходи, Хоттабыч!
[/spoiler]
[spoiler]
Прорастил стихи в совке с сором.
Кони с яйцами – не все бабы.
Да и яйца-то по сто сорок.
В печке мёртвые палил души.
Вий пришёл, глядел, сказал «С Богом!
Эти ведьмы хошь кого душат».
Говорит врачам «Не брак – жопа!»
А врачи нудят «Опять пили?»
И орать-то лень, один шёпот.
Ну не Бродский я, чего ржёте?
Неужели в плане нет места,
Было ж место на декабрь, вроде?
Может, он мне как тут быть скажет.
Просто папа мой, Сергей Львович,
Как на грех меня назвал Сашей.
И куда мне от судьбы деться?
Всем пирожные, а мне – сушки.
И ленивый я, считай, с детства.
Прочитал и кой-чего вызнал.
Напишу «Я Вас любил…» чётко.
И повестку… то есть ой, вызов.
И Дантеса застрелю к чёрту!
(лень)
[/spoiler]
[spoiler]
[/spoiler]
[spoiler]
сухими узловатыми руками,
она ворчала. С губ слетали бранные
слова и нависали над плодами.
«Кривое», «гниль», «побитое», «червивое» —
крутила носом вредная бабёнка
и зенками косилась похотливыми
в стоящую впритык к её плетёнку.
А там уже второе, третье, пятое —
в чужой руке ласкала взор «Флорина»,
и все, как на подбор: бока не мятые,
налитые до самой сердцевины.
Бордо перетекающее в прозелень
на кожице плодов к себе манило,
и веяло от них морозной осенью...
Но уходить «соседка» не спешила.
«Подвинься, ишь, товар весь исковеркала! —
вскипела вдруг бабёнка злобным тоном.
И повернувшись, вдруг, воткнулась в зеркало.
А в нём — сама же. С яблоком в ладони.
[/spoiler]
========================
Читаем и обсуждаем здесь, а голосуем тут.
Комментарии
вкус поцелуев ванильный
штампище, ещё и слащаво, аж сахар на зубах
Ангел, пожадничал крыльев.
Это чепуха. Вы же свои ноги никому не раздаёте?
памяти - смелые руки везде
Память с руками -тоже так себе Франкенштейн
Не чепуха. Не штампище. Всё на своих местах. В законах жанра и выбранной темы. А вот инверсии и перенос фраз с места на место - это и правда проблема стишка.
А что вам не нравятся штампы. По крайней мере, автор кое что осознаёт, название стихо прочтите. А это важно, если автор осознаёт, это уже называется приёмом, Ника:))
Не из моей вкусовщинки,а так-то, что, стихо и стихо.
А это важно, если автор осознаёт, это уже называется приёмом,
Это что за приём? Автор заявляет: сейчас скажу банальность. И, на самом деле, говорит банальность. Это что за приём?
Представила. как он пришёл во сне и давай её поить отравленным пойлом памяти. Жуткая ситуация, конечно
Хорошее, доброе, написано с любовью к старику (и к коту, конечно). Семейное такое, о непреходящих ценностях. Очень понравилось.
Ну. если в качестве рекламного ролика китайского ширпотреба? То смотрибельно
Для Алиэкспресса отлично подойдёт![]()
Хорошее. Простыми словами о сложном. Хороший ритм, легко читать
Я споткнулась только в двух местах:
"Это - ЭлектралапАта." - не люблю такие двойные ударения.
"То там, то этам" - непарузке. По-русски - "то там, то сям". Я бы, на месте автора, после конкурса заменила бы на "то тем, то этим", тем более, что дальше "за вкусняшки для кота". Сразу понятно, что дед Игнат соседям дорожки расчищает за плату.
38.Голубиная печаль
Бескрылый в земле коготками вязнет.
Крылатый не думает о погосте.
У голубя Гоши сегодня праздник:
голубка Галина сманила в гости.
Он, Гоша, сначала держался стойко:
мол, что ты! достаточно хлебных крошек...
Но яств у Галины сегодня столько,
что Гоша голодным уйти не может.
И он не сдержался, себе на горе,
сорвался, как будто не ел три года
и, вклюнувшись в горку отборных зёрен,
забыл про Галину
и цель прихода…
В окошко чердачное бьётся холод.
Снежинки кружатся в зловещем танце.
У грустной голубки есть сизый голубь.
Душа улетела.
А он остался.
(чревоугодие)
Не совсем понятно - он переел и помер или зерно было отравлено? Концовка невнятная слегка. Почему остался сизый голубь? Или тут имеется в виду, что он поменял любовь на жор? Ну дак, наестся - и любовь ещё случится. Автор то ли недомудрил, то ли перемудрил.
Оксана, жму руку! Здесь полностью поддерживаю. Душа и погост требуют уточнения

Автор, зачем убили такого симпатичного Гошу? 
А так всё хорошо начиналось 
Не, ну там же чётко, что душа отлетела.
А вместе с погостом, вообще печально.
Гошу жалко. 
Да где туман то. Помер, Гоша, однозначно, на голубиную радугу улетел.
Знамо дело, переел
У грустной голубки есть сизый голубь.
Душа улетела.
А он остался.
Что ж тут невнятного, душа в одном случае улетает, не погулять же...
Почему тогда у голубки есть голубь, если его нет? От переедания часто умирают? Это прямо такая распространённая смерть, что должно быть понятно? Нет. Читатель не должен додумывать.
Правильно, оксана! Есть голубь - это одно, а есть труп голубя - это другое. От переедания животные и птицы - не умирают. Перед смертью наоборот, ничего не едят.
Как это нет, труп есть,а голубя нет?
Вот маски снимут, поинтересуйтесь у автора что он имел в виду, можте, там сверхзадача была) если читать стихо, так это про смерть голубя от обжорства, не боле:))
Это ещё одна интерпретация кулебяк с кабана)))
Но здесь хотя бы автор заморочился, голубей придумал. уже похвально![]()

Забавно про гуляш. Но. на мой вгляд роли участников скандала несколько нечотко прописаны. Приходится распутывать. тем самым прилагать умственные усилия - чего не хотелось бы делать в таком незамысловатом стёбном стишке.
Век живи, век учись.
Я узнала новое для себя слово "обмишулиться". Спасибо автору.
Описания растекающейся по обоями еды меня не впечатлили. До ироничного стихо не дотянуло, на мой взгляд.
Я всегда думала, что правильно "обмишуриться" - сейчас погуглила - и так, и эдак верно, оказывается. Синонимы.
Про мгновенность утрат вообще не поняла. Каким боком здесь вылезли? Свечей много нагорело?
Согласна - концовка подгуляла. А вообще понравилось - грешу на НБСа.
(алчность)
Зачем? Автор прекрасно всё рассказал о людях. наживающихся на войне, голоде, на трагедии.
Оно и правильное, и посыл понятен, и аллюзии считываются. Почему же остаётся впечатление, что стихотворение недоработано? Недопрописано как-то...
Оксана, расскажите мне о чём оно, как видите, почти любое ведь стихо можно пересказать в прозе.
Наблюдая за стрекозами женщина вспоминает эпизод из голодного военного детства, когда мама спасала их с братишкой (больным от недоедания) - продав семейную реликвию за бесценок гному-ростовщику. Брата не спасли. С тех пор ей всегда становится тревожно, и всплывает в памяти, при виде стрекоз, та драгоценая стрекоза, которая спасла её, но не спасла сына для мамы (и её братишку).
5 баллов Вам) автор хотел написать примерно это:
"Сажали мы картошечку
На третий год войны,
Нашли мы в ямке брошечку
Неслыханной цены:
Горел там яхонт в золоте,
Заморский изумруд,
За эту прелесть в городе
Продуктами берут!
В коробочке сафьяновой
Мы всю ее нашли,
Богачке Колбасьяновой
С три короба сплели:
«Жила царица в Персии,
Носила платье клеш
И по семейной версии
Любила эту брошь.
Однако, плача глазками,
Сняла ее с груди,
Когда наш прадед ласковый
Сказал:- Прощай! Не жди!»
Богачка Колбасьянова
Надела платье клеш,
Богачка Колбасьянова
Схватила эту брошь,
Дала из масла лесенку,
Из хлеба табурет —
За брошечку, за песенку,
За наш голодный бред!"
Юнны Петровны, а получилось то, что получилось:)) то ли гномы виноваты, то ли часовщики, вместо ростовщиков, то ли излишние красивости, то ли невнятность изложения. Вот Вам и не хватает:)
Много стихов хороших и разных. Зачем сравнивать? В вашем больше в лоб. А у автора - более щемяще.

Был(а): 02/04/2026 - 11:44
Послать ЛС
Вот просто +++++ к Solstralen
Созрел звездопад - падает гроздьями в море. И хватит о звёздах. Гораздо локаничнее так бы было.
Есть находки - и они очень славные.