Голосуем до 27 июня.
От 3-х до 12-ти работ в шорт. Трем из них можно дать 1-е место (+1 балл)
==========================
старался дождик его пощупать, но был таков.
Упало между сосной и дубом, траву прижав.
Глазастый филин успел подумать: «Опять пожар?»
в лесу ходили людские лиха да пакости.
Плевать, что лесом земля дышала, как лёгкими.
С кострища искры на вяз шершавый огонь несли.
Кричали птицы, метались звери — вот-вот сгорят.
Дымилась шерсть и трещали перья — кромешный ад.
Взмолились ветви ольхи, березы: «Помилуйте!
Куда пропали дожди и грозы — кормилицы?»
Но небо сухо и беспристрастно. И снова мир,
забыв опасность, пренебрегает основами.
а где-то снова готовят мероприятия…
Пожары вновь обнажали в людях беспечность их.
2. Без тебя
Стук отзывается гулкой сердечной болью.
Где-то есть небо, янтарное, как смола –
чайка, застывшая в капле его, светла,
шумные травы гудят о морском раздолье.
кажется, даже шипит – ну, давай, потрогай...
Где-то у нас заготовлена горсть монет,
ластится море к ногам, оставляя след,
чтобы случилось обратно найти дорогу.
помнишь ли сладость и терпкость сентябрьских яблок?
Странно, как сложно порой подобрать слова,
если самой непонятно – мертва... жива...
Если до дрожи давно изнутри озябла.
выглянет, выскочит, спрячется за решёткой...
Мне говорят, всё проходит – пройдёшь и ты.
Знаешь, у ангела в белом твои черты.
Крутится, крутится в мыслях рецепт шарлотки.
Стук отзывается гулкой сердечной болью.
Чёрное небо здесь тянется, как смола –
капли его выжигают траву дотла.
Где-то есть мы.
Ты прости...
не могу...
не помню...
3. Беспамятное
В бурьяне по уши вишнёвый сад,
Коты на лавочках под солнцем вялятся,
Заборы валятся, часы стоят.
Сидит Виктория в амбулатории,
Читает Ленина тридцатый том.
Интерну-фельдшеру здесь делать нечего,
Сельчане лечатся беспамятством.
Проснутся раненько в рубахах драненьких,
Натянут валенки, и в сени – шасть.
Из поллитровочки хлебнут беспамятства,
Да чо тут маяться? Жизнь снова в масть!
Связь интернетная, как птица дивная,
Как день рождения – лишь раз в году.
Лови, болезная. Поверь, наивная,
Что и в чистилище 3G дадут.
Идёт Виктория с амбулатории,
Нет, если правильно, то «из» идёт,
Но коль в романтике одна драматика,
Не до грамматики – и так сойдёт.
Краснодипломнице, наверно, вспомнится –
Мечталось в колледже всё ж не о том…
Страстей онегинских? Красот есенинских?
Нет! Будет Ленина тридцатый том.
4. Благодать
Сегодня в небе Божья благодать,
и облаков на небе не видать.
Как на земле под этим небом славно!
И хочется мечтать о чем-то главном,
а в голове - сплошная ерунда.
Ну, например, куда стремится снег,
когда летит не вниз, а вверх, и нет
его счастливей в эдаком полёте,
пока зима - назойливая тётя -
его полёты не пошлёт... к весне.
Ну или вот - собака без хвоста.
Жить без хвоста такая скукота:
ни повилять, ни сделать "пистолетом"...
И что собака думает об этом,
верней о том, что как-то всё не так.
Опять же ветер, плут и обалдуй,
он может дуть, а может и не дуть,
а может просто полежать на травке,
на воробьиных битвах сделать ставки
и подружиться с белым какаду.
А вот коровка, красные бока,
коровка есть, но нету молока.
Вокруг твердят о негорелом хлебе:
мол, принеси нам. Гнётся тонкий стебель -
так высоко ей не взлететь никак.
Сегодня в небе Божья благодать,
земли под небом вовсе не видать,
и можно думать только о хорошем.
... и я не помню ничего о прошлом,
и я лечу неведомо куда...
5. В грушевом плену
где тьма полузаброшенных гостиниц
и свет кафе. Там старый кабардинец
лепёшками торгует и вином.
Там сад, в котором столики и пыль,
и лампочки, похожие на груши.
Дышать бы вечно осенью и слушать,
как жалобно поёт о нас камыль.
Запомнить этот храм, его жреца,
колодезную крышу с черепицей,
тандырный дух, бочонок у крыльца,
где сны летят на волю, но не спится.
Мы вскоре разойдёмся, но пока
пропитан вечер музыкой и чачей,
ешь виноград из рук моих горячих,
срывай моё дыханье с языка.
Сиди в осенне-грушевом плену,
где Бог ещё не чопорный, не строгий,
и наши параллельные дороги
соединяет мысленно в одну.
6. Возвращение
на траве дрова…(с)
А у дома выросла трава.
Да и дом – совсем уже не дом,
просто мхом покрытые дрова.
Прошлый век – туманы, миражи -
атрибуты долгого пути.
Видел, как от холода дрожит
стайка беспризорных паутин.
В брешах окон - тёмное нутро.
Трещины зияют там и тут.
Время…
Показалось: только тронь,
и дрова окрепнут, прорастут
в прошлой жизни яркий бересклет,
в бесшабашность отроческих дней,
в свежий след летящих мимо лет.
И в улыбку бабушки моей…
Сколько гроз минуло, сколько грёз.
Новый дом построен. Но один
в этот дом безропотно я нёс
груз потерь, морщинок и седин.
И на свой полтинник сгоряча
синяков немало наменял…
Я молчал.
И, громами ворча,
небеса смотрели на меня.
7. Декабри
Кончается последняя неделя.
Как ни гляди на тощий календарик,
Он лишний день для счастья не подарит.
Исчезли старый дом и тесный дворик...
А год? Придёт другой, никто не спорит.
Никто не спорит: время в раскадровке
Изменит страны, судьбы, заголовки,
Одолевая глупые привычки,
Ума прибавит, а здоровье вычтет.
Сотрёт контрасты, страсти, заморочки...
И память, как лото со дна мешочка,
Случайной датой оживляя фото,
Подарит встречу с очень старым годом,
Как будто что-то было, но не с нами.
Ей пишет по-прежнему в личном чате о том, что неплохо идут дела.
Что новый Харлей - это просто чудо. Что слушает Арию и Раммштайн...
Она представляет: из ниоткуда, он едет туда, где не будет тайн,
где всё до предела легко и просто: дорога и ветер ему не лгут.
И с неба сорвавшись, шальные звёзды сияют ромашками на лугу,
и маками вдоль полосы алеют - дурманит цветочная круговерть...
И всё-таки ехать нельзя быстрее, чем Ангел-Хранитель готов лететь!
ни фильм о любви, ни глинтвейн с корицей, ни даже уютно урчащий кот.
Она бы могла по дорожной ленте с любимым умчаться за сотни миль!
Трепал бы ей кудри бродяга ветер, и пел бы "Die Sonne" усталый Тилль*.
Расстались друзьями… Судьба такая - ждать редких звонков, продолжать любить.
Он мчится по звёздам, скользит по краю... Но тянется к сердцу от сердца нить.
Мелькают события, трассы, лица. И поздно уже повернуть назад...
Но с ним ничего не должно случиться - ведь Ангел-Хранитель и кот не спят.
___________________
”Die Sonne” (солнце) - песня группы Раммштайн
*Тилль Линдеманн - солист группы Раммштайн
Путь вчерашний, день завтрашний... Искренне жить
очень хочется! Знаешь ли, стоит влюбиться
в каждый час, в каждый миг. Пусть дорога лежит
направлений, что в юности выдумал сам.
(Позже, в трудных местах, изменял, между прочим,
идеалам, привычкам, друзьям, Небесам).
До тебя, неспеша, - полдороги.
Дай мне сил удержаться, дойти, не упасть!
Снисходительным будь. Если надо - будь строгим,
но ко мне, а не к детям - на то Твоя власть.
Надо мной разверни - я увижу пути,
те, что в детстве мне мать указала. Как вызнать,
где искать ту, что так торопилась уйти?
За плечами появится Ангел святой.
Дети наши растут! Нам самим в путь не завтра -
чуть позднее.
За мамой.
Дорогой цветов...
Поблизости болот Мясного Бора.
Прораб от Ленпроекта, дядя Петя,
Искал пути обхода косогора.
Лишь по документации красиво.
На гатях же торчал рельеф горбатый,
И дыбились белёсые осины.
К отбою ближе, от вина пунцовый,
Сказал вдруг у костра один рабочий:
"Дивитесь...Будто косточка берцова..."
То гнус кусал, то затекала шея.
Когда же задремал он на рассвете,
Ему приснилась длинная траншея.
Лежат с полуоткрытыми глазами.
"Неужто электричество здесь будет?
В глухой деревне?" Так они сказали.
Надолго стало нам периной мховой.
Здесь бой вела двенадцатая рота
Отдельной сто семнадцатой стрелковой..."
А мы лежим годами в буром иле.
Ты там скажи всем нашим, дядя Петя,
Что мы здесь ни на шаг не отступили..."
Велел прораб остановить работы.
Военных археологов отряд
Шёл поднимать двенадцатую роту.
11. Жара
неутомимых попрошаек, стражей,
не сдавшихся горластых петухов,
за драки осуждённых на продажу,
душепродавцев и людей торговых,
усталых недовольных рыбаков,
вернувшихся сегодня без улова,
людей понятных, бедных, несчастливых,
готовых убивать и предавать
за призрачную веру в справедливость.
который рад, что хоть кому-то хуже,
ростовщиков, чья вера так слаба,
что для спасения им бог – живым –
не нужен,
как будут вору пробивать ладони.
Жара… жара… сдирает кожу крест...
Но надо всех простить. И всё запомнить.
12. Забыбайка
Я реву — меня качают. Беспощадно. Что есть сил.
Невдомёк им: в этом тельце до сих пор ютится память.
Я практически намедни брюки и пиджак носил.
Был усатым важным дядькой (ой, опять себя загадил) —
два диплома универа, пять учёных степеней.
У меня болезнь морская.
Не качайте, бога ради!
Дайте вспо…
Но тень бабайки шевелится на стене.
От стыда терзаю соску.
Всё угрюмей и угрюмей.
Там, где прежде были зубы, серебрится стоматит.
Пучу глаз.
Вот вы не знали, а ведь я недавно умер...
Ну зачем меня так сильно и старательно трясти?
Я же страшно умный.
Честно.
Вы на лоб, на лоб смотрите!
Эта женщина с печалью на измученном лице
для себя уже решила:
ей достался ссун. И нытик.
Я не нытик.
Я — вообще-то, на минуточку, доцент.
Баю-бай, баю-бай, спи сыночек, засыпай.»
13. Иду на Вы!
Окинуть события: сколько их было!
Мы были бойцами любовного фронта,
Теперь — ветераны любовного тыла.
© Ирина Фролова
На нём давно не слышно выстрелов и взрывов.
За столько лет мы исчерпали страсть до дна!
Начав от хворей наших горестно стенать,
На лень сменили сексуальную игривocть.
И свысока на нас поглядывает строго.
Он сутенёр и звёздных «бабочек» пасёт,
А мы с тобою дезертиры и на всё
Забили, скрывшись каждый — в личную берлогу.
И пусть меня зовут безбашенною дурой,
Подняв на бой остатки чувств, себе верна,
Иду на Bы!..
Без автомата и гранат
Бросаюсь грудью на родную амбразуру!..
И сумасшедшие ветра нам кудри треплют!
Ты полагал, любви пришёл армагеддец?
Совсем забыть былые подвиги хотел?
Не все патроны расстреляли мы, боец!
Берём отважно высоту, обнявшись крепко...
И капучино улыбнётся пенкой робко,
И ляжёт в руку аппетитный бутерброд,
Мяукнет «антидепрессант» — пушистый кот,
Хитро глазунья подмигнёт со cковородки...
14. Испанка
С двадцати и до сорока.
Шёл быстрее, чем всякий фронт.
Перегруз отмечал Харон.
По симптому синюшных ног,
По симптому кровавых сот
Вместо лёгких. Душе — полёт.
Из могилы подняли труп.
«Для науки!» — сказал шакал,
Тот, что вирусы извлекал,
И живою водой кропил.
От заката и до зари
Стыд не ел его изнутри.
Всё испытано и срослось.
Ждёт, что кто-то ему опять
Даст команду — повоевать.
За испанку испанский стыд.
на нём пометки планов и визитов.
Вот – оперетта, там – речной поход,
с подругой вечер, ну а тут – размыто,
почти не разобрать, чего ждала,
возможно, отпуска, поездки в неизвестность.
Меняла даты, чёркала слова,
обыденность ей становилась тесной,
и оставалось несколько шагов
до новых впечатлений и открытий.
война случится...
Летний рассвет вишнёв, тороплив и светел.
Марта на завтрак хочет испечь клафути,
хочет успеть, пока не проснулись дети.
Выйти самой, пока ещё нет суеты,
в сад, отошедший от первой ночной прохлады,
вишен нарвать, созревших до черноты,
до густоты и сладости шоколада.
Тёплое молоко, а потом муки –
всыпать струей, немножечко – пару горсток.
В пену – желтки отдельно – взболтать белки,
мама всегда так делала. Очень просто…
всё в этой жизни просто, пока ты можешь
вишен нарвать, сварить конфитюр из слив,
платье купить на выход – в цветной горошек.
Выйти на пенсию, старый аккордеон
вытащить из пыли антресольной ниши.
Мужа простить, когда оказался он
страстным любителем груш, а не сочных вишен.
Марта срывает ягоду прямо ртом,
сок на губах засыхает багряной кровью.
Вот испечёт пирог она, а потом
будет детей собирать на постой к свекрови.
Дети ещё не знают, начнут вопить:
«Ма, ну давай мы дома побудем сами…»
Марта заварит чай, покрошит имбирь –
лучший рецепт, пожалуй, – её, не мамин.
Мама пекла шарлотку – на свой фасон –
не признавала миксер – а только венчик.
Резала полумесяцем в чай лимон.
Мама всегда любила простые вещи.
всё в этой жизни ценно, легко, уместно.
Марта идёт по лестнице – этажи
плавно ведут её в долгую неизвестность.
Завтра проснуться надо бы до шести:
в восемь уже наркоз и задача выжить…
Марта спешит домой по созвездию вишен.
17. Конец света
- Пойдём, Ирусь.
Страшновато под звездопадом,
А ты не трусь!
Двинем мы по дороге млечной
Вдвоём туда...
Надевай-ка рюкзак на плечи,
Давай, айда!
- Не хочу я, - Ирина плачет, -
Иди один!
Я желаю тебе удачи,
Меня не жди.
Здесь знакомо, житьё понятно,
Леса, поля.
Там на солнце пылают пятна,
А тут земля.
Пахнут липы, сияет небо
И грудь полна!
Сыт и пьян человек без хлеба
И без вина!
Со спины я тебя запомню,
Лицо забыв.
Как закрою глаза ладонью -
Внутри обрыв...
Прочь пошёл Анатолий вскоре
И сгинул враз.
А в Ирине сверкнуло горе
И свет погас.
18. Кровохлёбка
к облакам потянулся окопник.
Рядом, выпятив брюхо, сидит воробей,
что ни есть — настоящий полковник.
Шевельнулся рогоз — пурх!.. и нет воробья —
до чего же пугливая птица...
После суток бессонницы, носом клюя,
от дремоты пытаюсь отбиться.
обгоревшие сельские хаты.
Чёрный тополь о небо стучит костылём.
Тычет фриц в старика автоматом,
и, смеясь, называет его «Partisan»,
просит «курку», и «млеко», и «яйки» ...
И обозы из сёл на пути к поездам
по лесам тарахтят и лужайкам...
трухануло похлеще цунами.
Просыпаюсь и взглядом впиваюсь в прицел,
объедая окрестность глазами.
девясил и бессмертник небратья,
как ветла, опираясь ветвями о пруд,
шелестит им вдогонку проклятья;
как солдатские души уносит в когтях
птица-смерть за леса и за сопки,
как на тощих от мин слобожанских полях
утопает в крови кровохлёбка.
19. Легенда
Спокойное небо пронзительно-голубое.
Асфальт островками, бурьян, лопухи, крапива.
Среди неуюта по-западному красива,
У нас во дворе за сараем росла секвойя.
Ей люди казались мышами и малышами,
Но дворник Степанов по прозвищу дядя Стёпа
Гремел на секвойю ведром и ногами топал.
Она огорчалась, а мы её утешали.
Мальчишка-подросток, смешной одинокий воин —
Пуглив, недоверчив и полон больших секретов,
Я прятал секреты подальше. Как сигареты.
А не было силы молчать, уходил к секвойе.
Вы стали бы слушать рассказы лохматой мыши?
Но слушала и шелестела в ответ секвойя.
Степанова не приглашали. Нас было двое,
Мы к синему небу стремились, всё выше, выше.
...А выше — я вырос, простился с дворовым раем.
Спокойное небо сменилось на грозовое.
В затишье, бывало, мне снилась моя секвойя.
И дворник Степанов подслушивал за сараем.
...Гроза улеглась, но погода всегда сырая.
То кашель, то ноют колени. Зима всё ближе.
Теперь уже скоро. Я снова её увижу.
Я тихо шепну ей: легенды не умирают.
20. (не)поминальное
обезвагонился вокзал
и я о будущем не помню
былое застит мне глаза
мой скорый поезд по-английски
ушёл причём путём не тем
теперь бомжует где-то в бийске
а может быть и в воркуте
в помине нет одни бомжи
уже давно не дружим мы с ней
и не трындим в ночи за жизнь
жалеть об этом как-то глупо
о том написаны тома
и видно даже и без лупы
что горе в мире от ума
где вышли джинны из кувшинов
и каждый редкостный злодей
где рулят умные машины
на фоне спятивших людей
я робко щупаю кровать
и жить как будто тошновато
и как-то страшно помирать
лежу причём предельно тихо
имея ни-при-чёмный вид
не поминаю лихом лихо
а то возьмёт и прилетит…
21. memories
что годятся для игры и для работы.
помнишь, раньше были люди в интернете,
но остались преимущественно боты.
прежде трикстеры там были и буффоны,
нынче - тролли, чтобы хейтить нас и спамить.
говорят, что человек умней смартфона,
говорят, у человека больше память.
слава сотням мегабайтов или тыщам!
тем, чья память ослабела, гугль в помощь.
говорят, мы в интернете всё отыщем.
что не знал и позабыл, едва ли вспомнишь.
сам я стал теперь упитанным и лысым,
но готов уже к последнему этапу:
ни к чему писать десятки длинных писем,
с римским другом пообщаюсь по ватсапу.
22. Молчаливое
Тёплое, карамельное, чёрно-густое.
Плыть в навсегда, никогда не касаясь дна.
Словно ребёнка, тебя пеленает волна.
А меня другая
Распелёнывает и опять пеленает.
Рыцарей жрут драконы, девы орут из башен!
Места в нём нет ни тебе, ни мне. Поговорим о войне.
Той, что каждого приголубит лично —
И обиженного заберёт, и обидчика.
Даже о том, что не там, не с теми...
Даже про смерть, и что Бог навсегда ушёл
Без обещания всеобщего "хорошо".
Но
Тишина постепенно становится болью.
Я тебя безответно помню.
23. Памятка
трогательно был ей повязан бант.
Было, было… только не в январе:
то ли май настал уже, то ли март.
А прозрачный гладкий стеклянный бок
надписью украшен был: «Счастье есть!»
Смелым пожеланиям вышел срок –
но осталось то, что сейчас и здесь.
Чашку чаще я достаю теперь
с мыслями о чае и о тепле:
чем плотней смыкается круг потерь,
тем нужнее памятка на стекле.
На пустом и глупом поставлю крест –
памяти заполнены закрома.
Главное – поверить, что счастье есть.
С остальным потом разберусь сама.
24. Парадиз
предрассветных радостей, тёплый бриз,
перезвоны ландышей, дух сирени,
грозовую свежесть, фонтаны брызг
от лихого топота летних ливней,
волшебством пьянящую тишину,
золотое солнце с причёской львиной,
серебром наполненную луну.
И не важно, быль это или небыль.
Пустота обязана не болеть.
В ней теперь навечно улыбки неба,
где свирели утра сменяет медь,
где идут беспечно одни «сегодня»
без оглядки вымученной назад.
Вырван клок, осознанно неугодный,
застарелой горечи, груз утрат,
что скользит, отверженный, тихим гадом,
под вердиктом сердца «забыть, как сон».
Избегая ловко встречаться взглядом,
нагоняет сумрак со всех сторон.
Только место занято чистым светом,
красотой и радостью. Тщетный труд –
просочиться в душу, где по сюжету –
парадиз, и ангелы гимн поют.
25. Полёт
Свобода, скорость, бешеная сила…
Неотвратимо следую вперёд,
Как коршун, распластавший в небе крылья.
Передо мной — чужие мне глаза
Устремлены в последнее мгновение.
Последний раз в них плавится закат.
Я та, кто видит свет внутри последней.
Уже близка намеченная цель —
Участок ткани слева, мутно-серый,
От пота мокрый, он пока что цел.
Под ним пока что ровно бьётся сердце.
Мой мрачный Бог, нажавший на курок,
Всё просчитав и тщательно измерив,
Щелчком привёл в движение боёк.
Вертясь, несу в себе полграмма смерти.
Я просто пуля-дура. Мне плевать,
Что господин, не щедрый на награды,
Закрыв затвор и вспомнив чью-то мать,
Шагает в дебри
Собственного ада.
26. Реальность
вчера я увижу верблюда,
и это, поверьте, не чудо,
а просто реальность не та.
В себе ли ты бродишь, дружище?
Реальность другую всё ищешь,
а лучше бы взялся за ум!
в твоих недоверчивых лапах:
закроется времени клапан,
останется крыша слаба.
Твой космос подогнан по моде.
Вчера ты был сном, а сегодня -
серьёзный большой муравей!
27. Рефлексии
И в унылой точности расписаний
Наши встречи стиснуты всё плотней
Неизбежной горечью расставаний.
И она острее любой иголки.
Наше время спрятано в небесах,
Как твоя ладонь под моей футболкой.
Не прощаться спешно в лучах неона.
Кроме струй дождя на окне вагона?
28. Солонго
встречает Сахара жаром, и воздух горячий всё суше,
всё больше песка под ногами, и ветер целует в скулы,
а небо — в обнимку со старой забытой дорогой верблюжьей.
Вся жизнь её — это дорога, вся память — песчаная гонка.
В трёх днях — будет первый оазис — вода и акации вволю.
Но вспомнит Солонго сразу, как здесь родила верблюжонка.
ему бы остаться с мамой в оазисном нежном уюте.
Пушистый, смешной, тонконогий… под маминым белым боком,
ему бы окрепнуть немного... Но в путь торопились люди.
Усталые ноги верблюдов плели вязь следов, словно сутры.
Погонщик назвал это «даром» жестокой бескрайней пустыне…
Солонго плывёт печально — прекрасная, белая... В утро.
И в глазах всплывают картины прошлого…
Я не помню детство, не помню дом.
Помню битвы. Мы в них, как щепки, брошены.
Натирает шлем подбородок пряжкою.
Под ладонью льдом рукоять меча.
А тропа, петляя, ползет овражками.
Все минуты верткие, мысли быстрые.
У меня в руках арбалет и болт.
Заряжаю, целюсь, а после выстрелю.
Рассекая свистом простор смарагдовый.
Так же быстро вдруг пролетает жизнь,
И товарищи слева и справа падают.
У него позиции там, за липками.
Все, что дальше помню – удар в висок
И тепло. На щеку стекает липкое…
Не драконий след прочертил все небо ли?
У меня в руках автомат, рожок…
Все не так! Неправда! Такого не было…
В оконных провалах клубятся зимой облака,
К апрелю слезой голубой вытекая в канавы.
В июне безумные ливни слетают с небес,
И память звенит – комариная тихая песнь,
Сады воскресив и смирив одичалые травы.
Опять по дворам пронесётся гурьбой ребятня,
Заквохчут пеструшки, гоняя щенка у плетня,
В полях трактора зарокочут о скором июле.
Деревня припомнит, что в третьем от клуба дому
Глядит из окошка и машет известно кому
Моя молодая, как в старом альбоме, бабуля.
Рыдает над горькой пилюлей, плюет: "Не хочу!",
Зовёт меня мамой и жалится: "Мамка, мне больно"...
Лекарствами боль отгоню, и бабуля в окно
Кому-то кричит, что согласна сегодня в кино,
И рвётся корову доить или с сёстрами в поле.
Потом засыпает и видит деревню во сне,
Деревня зовёт: "Вспоминай, возвращайся ко мне",
По улицам детства ползёт желтизна восковая.
А я, замечая одышку и губ синеву,
"Бабулечка!.. Дочка!.. Родная!" – реву и зову,
Тропинками памяти прочь убежать не давая.
Глаза закрой и выдохни
Несут твои мечты в никуда
Память не запаять
Руки не выломать
А нужно лишь одно понять
Что все по-другому
И ты уже другая
Кто будет ему сторожем?
Непрошенным гостем выйдет на чужбину
Споткнётся
Птицей вольной назад обернётся
Лети! Лети! Пернатая!
Высоко, далеко… Лети!
я сегодня другая
Ничего не ломая,
ничего не теряя
Лечу в потоках ветра… шепчу:
я сегодня другая.
32. Центавра
Где повсеместно в маршрутках бывают кражи,
Там, где армадой домов горизонт изранен,
Где невозможно малину купить в стакане,
Там, где машины по лужам несутся мимо,
Тихо живёт неприметный бухгалтер Дима.
Дима соседям при встрече кивает мелко.
Акции ловит, бежит с рюкзаком за рисом,
На турнике иногда сгоряча повиснет.
И вспоминает, и ждёт, что, возможно, завтра
Снова проснётся в парящих садах Центавры.
Утром из тюбика давит на щётку пасту
И центаврических женщин забыть не может –
Ни золотистую пыль на лиловой коже,
Ни бесконечную нежность к ручным драконам...
Дима потом на работу приходит сонный.
Часто у Димы воруют зонты в маршрутках.
А на Центавре, он это запомнил тоже,
Розовый дождь разливался теплом по коже.
Там в серебристое небо главбух Наташа
С Димой летала – сейчас и не смотрит даже…
33. Я тебя помню
Помню испуганный взгляд - чего ты боялась?
Взрослого школьного мира, вселенной огромной,
Строгости и нелюбви, наказаний за шалость?
Мысленно глажу тебя по лохматой головке,
Фартука лямку на плечике тихо поправлю.
Знаешь, всё будет неплохо! Исчезнет неловкость,
Счастье с победою выйдет из битвы неравной.
Ты станешь мудрой, сумеешь выигрывать споры,
С собственным сердцем разлад, потерпев, устаканишь!
Милая, знаешь, с тобою мы встретимся скоро.
А за разлуку наградой нам - Вечная память.
Голосуем до 27 июня.
От 3-х до 12-ти работ в шорт. Трем из них можно дать 1-е место (+1 балл)
==========================
Комментарии
№25. Полёт
Я было думала, снова про Благодать (она меня преследует теперь :)) ) , но нет. Вопросы к каждой строчке до "Мой мрачный Бог". Всё, что было до Бога полная несуразица и с образами, и с временами, и с логикой, простите автор. А вот потом хорошо. И идея классная. Считаю, надо править и будет хорошее стихо.
Реплика из зала )))
Чую я сердечком - что-то здесь неладно:
Не по-человечьи замолчало Стадо:
Не жуёт, не щиплет и не топчет вирши,
Неужель у всех тут вирши классно вышли?
26. Реальность
Серьезный большой муравей с недоверчивыми лапами для меня оказался слишком футуристичным.Но идея "Ты видишь суслика? Нет. А он там есть" понравилась. "Забыть и забить" - да, всегда безотказно работает. Компактность - в плюс. Я с вами, автор.
27. Рефлексии
Проникновенное, печально-нежное, снова женское, даже немного эротичное Без вывертов и тройных тулупов. Читается легко, ЛГ веришь, сочуствуешь, немного завидуешь его даме, что достался чуткий партнер. Вздыхаешь, что все так - не с теми, не ко времени, не там. Короче, мне нравится. И грамматические пары рифм его не портят.. И финал кинематографичный. Как много любовной лирики в третьем туре, если еще и паратур учитывать! Приятный бонус, тк глубокая философь уже приелась.
28. Солонго
Мне все зашло: и идея (приятно выделяется в ленте), и слог, и теплые эмоции, и сутры, и ветер пустыни, и песни погонщиков, а самое главное - название-имя верблюдицы. "Солонго"! Колоритное стихотворение. Особо не к чему придраться. Тема тоже раскрыта. В шорт заберу, люблю такие .
29. Стрижи
Ух, какое! Тоже забираю, сильное стихотворение, болючее, цеплючее, автор - молодец. Планета крутится, вроде бы расти должны люди, мудреть, а ничего не меняется: "Люди гибнут за металл".
Про "доспех" - вроде бы во множественном числе обычно используется, нет? И с союзами бы покрутить "а"/"и" в некоторых местах.
Ой, хорошее все равно. И ритм такой, словно сидит человек, раскачивается, за голову держится.
30. Тропинками памяти
Не могу такое оценивать. Комок в горле. Бабулю свою вспомнила. Вот она сила слова. В шорт возьму. На Лану тоже похоже - она обычно так виртуозно вписывает живописный говорящий пейзаж в жизненную драму.
31. Ты уже другая
Смело - белый стих в конкурс. Мне нравится. И даже тот факт, что начинаешь читать, не находишь рифм, теряешься, работает как прием, работает на руку идее стихотворения: она уже другая, она уже не зажата рамками силабо-тоники. Плюсую.
32. Центавра
И снова классная задумка, неординарный подход а теме.
два минуса на мое имхо:
1, Повторение рифмопары тоже-коже; может - коже. Она, эта кожа, сама по себе уже заюзанная, а тут еще и в одном стихотворении два раза.
2. Утром из тюбика давит на щётку пасту
И центаврических женщин забыть не может – переход от давит пасту к "И забыть не может" мне не очень зашел. С одной стороны неуклюжесть ЛГ здесь словно чувствуется (это плюс), но с другой "и" там не очень в тему и с временами словно не то что-то.
А вообще, в шорт беру, все замечания не смертельны, а может для автора и не важны вовсе. Классное добавление к Д. Пете, Виктории из амбулатории, Марте, Анатолию и Ирине.
33. Я тебя помню
Ну хоть на последнем стихотворении включился мой извращенный взгляд на стихи: от упоминания "наказаний за шалость", "уйдет неловкость", в моей голове это стихотворение читал какой-то маньячный голос 
Я потом перестроилась, постаралась перестроится , но осадок остался. Не зашло. Как там писал Царевич в прошлом туре "не моих литературных предпочтений".
Все. Всем спасибо за внимание, перечитала ленту несколько раз, пошла голосовать. Хороший тур.
Мне откровенно не хватило шорта (и резать было больно!) и первых мест не хватило. Я их обычно никому не даю, а в этот раз не хватило. Жалко.
Рылась, рылась, не могу найти. Здесь напишу. Лана, ты где мне там обещания не отвечать давала, забирай их назад. Я уже спать пошла, поэтому не отвечу ничего, но ты пиши-пиши, откликайся, мне интересно, прочитаю обязательно. Для общения конечно. Все, ушла я.
Не люблю местный интерфейс , если отвечать, то полдня искать надо.
№26. Реальность
А что, простое, но вполне прикольное стихо 
"останется крыша слаба" - как-то не ложится мне, и само построение фразы не совсем правильное, и грубовато вроде для стихо. Кстати, я и выше сделала бы в " в твоих недоверчивых лапках" - рифма не так уж и пострадает, а симпатишности добавится в разы (и с травинками, и с недоверчивыми как-то больше сочетается, на моё ИМХО) Но - это так, мысли вслух, возможно, автор именно и хотел уйти от ненужной ему большей мимимишности.
Хотя мне бы так понравилось 
26. Соглашусь, что строка с крвшей неудачно построена. А вот мимимишносии не надо, тут аот нет еë, вполне считываемое настроение без лапок, они лишними были б 
Ага, а я сегодня, видимо, в таком настроении, я хочу бусики и платьишко 
№27. Рефлексии
Что-то мне вспомнился "Вокзал для двоих", официантка с проводником, или проводник с проводницей на разных направлениях?
В общем как-то лишними мне стали подробности в виде мазута и точности расписаний - невольно начинаешь додумывать, а кто оба ЛГ, почему они встречаются и расстаются по расписанию?
Но это и всё из придирок.
Компактность в +, ладонь под футболкой в +, считываемые эмоции в +
Итого - хорошее стихо, печальное, и слегка горчащее личными воспоминаниями, чем и откликается 
Глючит, пропадает коммент 
Кароч, всё отлично, кроме расписантй-расставаний, как по мне
Правдивое, честное, прочувствованное, просто прекрасное. Одно из лучших здесь.
№28. Солонго
Вот хорошее жеж стихо по задумке, очень трогательная история, да 
Но - лично мне не ложится по ритму, не получается у меня его читать и получать удовольствие 
То ли в сдвоенности строк не выстроены правильно цезуры, а сами строки слишком длинные, то ли потому что рифмы внутренние (а точнее, по окончании первых строк) то пропадают, то меняют порядок построчной римовки. А, кстати - возможно они там просто случайны, я не уверена.
Ну вот - с нескольких прочтений я вполне приноровилась, и уже чту спокойно, размеренно.
И тем не менее - видимо, не мой всё-таки ритм и длина строки, поэтому не попало стихо в число фаворитов.
Но - это опять же ИМХОшное, а не проблема автора, вполне возможно, что другим читателям как раз понравится неторопливость и размеренность прочтения
Мне размер нормално лёг, хотя есть к чему придраться. Моя основня претензия - котятки, как они есть...
Убить маленького прекрасного, как единорожка, верблюжонка ради стишка... Автор, я вам этого не прощу!
Я серьёзно. Я ревела над ним. Но это запрещённый приём. Я - яростный борец со рванными котятками. И не могу промолчать об этом!
Хотя автор умеет. Я не реву над любым стишком. Как-то так...
28. У меня тут ощущение, что то ли чего-то не хватает, то ли что-то лишнее Написано отлично, но рваный верблюжонок мну царапает, сорри
Ну, вот меня даже не царапает в итоге - я наверно стала, как "старый солдат, не знающий слов любви", только отметила, как чудесно прописан верблюжонок, очень трогательно, но и всё почему-то.
Так, я тут маленько убегаю, но обещаю вернуться и закончить сегодня все стихи и восхвалять, и не очень
Благо, я уже на финише
№29. Стрижи
Ну, есть тут у меня по технике небольшие придирки, но вот даже озвучивать не буду, ибо в целом всё норм, дактилические рифмы хорошо созвучны, читается гладко
И саму историю я зачла с интересом, и финал классно финалит, и если бы не такой сильный тур, могло бы попасть в мой шорт, а так низнаю, всё ж познаётся в сравнении
29. Мне совсем не зашло. Огрехи техники - там, где они мне сильно заметны. Логика изложения - ну, иногда чот ржу... Заряжаю, целюсь... а после выстрелю - да нуууу???
Кароч, не моë, видать
Отжюрила почти всё... дёрнуло меня сюда заглянуть. Лучше бы не заглядывала... Чую, что в этот раз под кроватью не отсижусь. Придётся глубоко в звенигородские глухие леса... в землянку с пулемётом. 
Очень много где с авторитетными (и уважаемыми, и любимыми... в общем, не сильно злитесь, ага, зря что ли подлизываюсь))) людьми не совпала. Вот совсем не совпала. А мнение тожеть поменять не могу. Даже под давлением. Вот не могу и всё тут.
Ых.... словно кругом воооолнушкииии, разошлись путииии...
Ну, это странно так-то, ибо тур классный...
Но ничё, лично мы (даже если про уважаемых и любимых - это не про нас ) привыкли, да и ты под кроватью тихая вполне, не буйствуешь, тоже польза для окружающих
№30. Тропинками памяти
Ну, кажется, вот тут я буду как баба яга, то бишь против
Мне не нравится первое предложение, с этим чёртовым пиррихием на борщевике, как я его вынуждена читать
Дальше по технике замечаний нет, всё очень хорошо (только "машет известно кому" - странно, покрутить бы)
П содержанию котятка, да, но какая-то лобовая что ли, поэтому я понимаю, но не прям откликаюсь.
Сюда ж, к придиркам - хотя бы отделить межстрофным интервалом часть, где бабуля не помнит - я 3 раза читала, как будто это продолжение воспоминания, что бабуля, когда ещё маленькая девочка, плачет и тд. И только на последнее уже прочтение дошло до меня, что дальше уже нынешняя часть идёт, от лица ЛГ. При условии, что речь везде по большей части идёт в настоящем времени.
И финальную строку тогда уже поняла - почему бабулечка, и тут же дочка...
В общем очень технично, в целом, написано, но не моё оказалось, как ни странно, при всей моей любви к котяткам Видимо, именно вникание в текст, выстраивание какой-то логической картинки - и смазало для меня эмоциональную составляющую.
Но - по традиции уже - то, что я не поняла всё с первого прочтения, это моя проблема, а никак не автора
30. Альцгеймер, как и было предсказано, но всего один.
Мне кажется, тут"бабуля" всё портит. Чуть бы меньше без неë было слащавости, и получился бы классный стих. Перебор для меня
Похоже на Тень. Нарративненько так, бьёт на жалость. Но с другой стороны передавлено по котикам.
Чувство меры есть у Тени. Может и не Тень тогда?
Лана, практически ко всему плюсуюсь.
Ну, я бы, честно сказать, на Таину и не подумала даже...
Как по факту будет не знаю, но мысли такой у меня не промелькнуло вообще 
№31. Ты уже другая
Ну, начала читать-то я с интересом, но и всё на этом... Мне кажется, уж если автор и решил творить вольно и свободно, то можно было тогда понятней как-то всё сформулировать, ярче преподнести
В общем, простите, автор - за смелость +, а само стихо не моё просто, мне и не очень в итоге интересно оказалось, и открытий каких-то не случилось, да и эмоций не додали
33. Простора в нëм нет, вот чо. Наверное, большего можно было пообещать. И меня пугает "вечная память" - они обе умерли? Я не поняла этого из текста.
сорри, под 31 попал коммент, это 33, про гольфики
31. Я плохо переношу белые стихи и всякие верлибры. Бывает, что - уух! - но редко. Такшта пропущу, пожалуй.
№32. Центавра
А вот мне нравится стихо
Какое-то оно спокойное и милое что ли, с этим обыденным и почти знакомым Димой, и чудными проблесками этой Центавры
И вот нет каких-то особых эмоций у меня, ни на что мне тут не давят, а нравится жеж, может, как раз именно этим, спокойной и лиричной атмосферой чуда
По технике - всё хорошо, если придираться, может быть одно "там" убрала бы (хотя и вижу, что приём)
В общем и целом по стихо - в +!
32. Это мы устали от стихов, претендующих на... Что-то
А тут я тоже отдыхаю, потому что просто улыбательно 
Хорошее, свободное и лëгкое.
Центавра эта симпатичная и мне очень понравилась. После этого стихотворения остаётся какое-то приятное послевкусия. Ходишь потом и улыбаешься.
Такие же ощущения у меня вызвало ещё и милое стихо про Купидона Васеньку, хотя, эти стихи совершенно не похожи друг на друга.
№33. Я тебя помню
Компактность, фартук и лохматая головка, как ностальгия - в +, пара не самых удачных инверсий, и некоторая... неуклюжесть что ли... местами - в минус.
И если бы не финал - вышло бы вровень, было бы для меня спокойное, хорошее, ностальгическое стихо
Но финальную строку я не поняла, её масштабность с этой Вечной памятью аж с заглавной - не считываю я в соотношении со всем простым и понятным текстом до неё.
Вполне может быть,что я чего-то не допоняла, и это снова мои проблемы
Ура! Расчёт закончила, с шортом определилась
Кто хочет поговорить, или поспорить, или защитить любимцев - всегда рада
Угрожать оборзением паратура пока не буду, мало ли как масть пойдёт, а там 51 стихо наваяли... Но - время покажет
Репортаж с ипподрома
23 июня 2024 года
Был(а): 04/04/2026 - 18:29
Послать ЛС
25. Так коршун или дура?
Согласна, что непоняток много. Если б открытым текстом не объяснили, што это про пулю, вжысть бы не догадалась. Нично не предвещало, так сказать.
И чот ржу - летела прям в чужие ей глаза, но в последний момент, похоже, свернула