Беспредел беспределу рознь - 24/2

26. Большой секрет

 

Идёт старик, в тележке счастье катит... 
Бежит по речке суетливый катер, 
и распевает песни о любви - 
к весне, к рассветам, к мелкой рыбке Люсе, 
которая нет-нет да и укусит
его за неработающий винт, 
когда он отдыхает у причала
и облака растрепанным мочалом
цепляются за сосны у реки. 
Кузнечики стрекочут, рыбки плещут, 
невдалеке кукует кто-то вещий, 
и мысли внесезонны и легки. 
О том, как славно жить влюблённо-пылко, 
О том, что мир - волшебная копилка, 
что ни положишь, то и заберёшь. 
Но у кого-то копятся метели, 
холодные ветра, шторма и мели, 
и осени ознобно-злая дрожь. 
А у других ромашки на поляне, 
и солнечные зайчики в кармане, 
и радуга над крышей - дождь прошёл. 
Смотри, любуйся - всё вокруг прекрасно, 
май - соловьи, сентябрь - грибы и астры, 
и неба ярко-синий капюшон. 
Такие чудаки - и те, и эти. 
Большой секрет на маленькой планете -
в том, что секрета никакого нет.

 
Бежит по речке суетливый катер. 
Идёт старик в тележке счастье катит - 
тебе и мне. 

Не, ну, однозначно симпатишно жеж  

Вообще, если из придирок, то мне не нравится, и очень даже смущает странная рыбка, у которой с чего-то есть имя, Люся, и которую любит катер (?!) , а она его кусает за неработающий винт (???!!!)

Что-то тут уже похоже на фантазии для взрослых   

27. Почти

 

Мы все больны – диагноз, эпикриз,

У мира на краю, внутри – без мира,

Прислушайся, как следует замри,

Смири свою болезненную лиру.

Мы все больны – вещает бред картин.

Давай о море, солнце и о лете!

Мы где-то сбились с верного пути,

С мелодии знакомого куплета.

Солёный воздух лечит всех насквозь –

Прислушайся к нему, к высокой птице.

Пока жива невидимая ось,

Мы можем в свет любви переродиться.

Простить себе прошедшие года,

Почтив потери с горечью суровой,

Понять – важнее мир и благодать,

Вздохнуть: о, Боже, мы почти здоровы…

ННенене, нинада так сурово... Баюс. 

Ксроч, штоп мну насквозь не залечили, я убегаю 

28. Борщи

 

Ты ищешь от меня защиты,
как от пирата Сомали.
А как любил мои борщи ты
и булки пышные мои!
С тобой мы жили, в самом деле,
как два счастливых голубка,.
по вечерам в окно глядели,
считая в небе облака.
Весёлый день и сытный ужин,
и ночь, как маковка, нежна…
Как, милый мой, ты был мне нужен!
А я тебе была нужна.
Пусть друг на друга мы ворчали
и часто ссорились… И что?
Зато душистыми борщами
тебя не потчевал никто.
Мы не прощались, мы прощали
обиды. 
Но потом, увы…
Переборщила я с борщами…
И булки стали, знать, черствы…
Теперь, меня ты избегая,
пропал надолго. Вот дела…
Наверно, все-таки другая
тебе пампушек напекла.
И вот сижу одна, в борщах вся,
не поднимаю головы.
Ах, милый, милый, возвращайся!
Капуста кончилась…
Увы.

Бывают такие глубокие и оригинальные мысли, что их нельзя размазывать, как кусочек масла на полбатона. Вот тут я бы предложила примерно такой вариант:

 

 

жаль у меня был борщ не очень
а у неë горяч и густ
ушëл ты в доме не осталось
капуст

29. Самка поэта

 

Женский ум — дело неМЫСЛИмое.

 

B одном тридесятом,  за тридевять,  где-то,
в какой-то другой — параллельной Bселенной,
алкая признания и дифирамбов, 
беснуется дикая самка поэта:
исправно строчит за NETленкой NETленку,
рифмуя свoй драйв пятистопочным ямбом.

 

Не ведая отдыха, пашет поэтка:
жонглирует смыслами. Сыплются тропы...
Боясь графоманкой себе показаться,
вся в образах, будто бы в стразах-пайетках,
oна аллегорит, аллюзит, эзопит, 
игнoря зоилов и злых Grammar Nazi!*

 

Собрав урожай из труда и везенья,
душевные муки в муку перемелет,
добавит приправы на кончике нерва:
для пряности — каплю любовного зелья.
Тогда на дрожжах сумасбродства с весельем
из теста того испечётся «шыдерва».

 

И вот (графо)манкая, страстная дива
несёт это чудо на «пробу» поэту,
стоит перед мужем смущённо и робко...
Насупив чело, наш эстет горделиво
(самец слишком долго готовил вендетту)
выносит вердикт, резюмируя: 
 «Фтопку!».

________________________
*«Граммар-наци» (Grammar Nazi, от grammar — грамматика
и Nazi — нацист) — ироническое самоназвание интернет-сообществ,
отличающихся крайне педантичным отношением к вопросам грамотности

30. На грани совершенства

 

Выйти гулять, притворившись кошкой, 

долго охотиться на людей. 

Хвост распушить и смотреть сторожко, 

и провожать уходящий день. 

Ночью на крыше лежать и слушать

шорохи спящих внизу квартир. 

Сквозь полудрёму мечтать о душе, 

только обратно в привычный мир

не торопиться. Быть кошкой проще - 

ни безнадёги, ни злой хандры. 

Даже когда календарь полощет

дни в октябре и в дождях,

укрыть

душу озябшую нечем, 

не с кем

кофе прихлёбывать из одной

чашки… 

Спокойно сквозь занавески

на непогоду глазеть в окно. 

Может быть, даже летать немного

по выходным. Почему бы нет? 

 

... кошка, гордячка и недотрога, 

плачет в постели своей во сне... 

 

В нашем продвинутом жутко веке

учатся жить (не умел никто) 

несовершенные человеки

у совершенных (почти) котов. 

31. Переворот

 

Закат ссыпается в песок –

движенья времени источник,

а всё вокруг – лишь страшный сон,

под шепоток частиц песочных.

Но прогони печали прочь,

ведь в небесах – я знаю это –

переворачивает ночь

часы для нового рассвета.

32. Безголовое

 

Приходит время -
Люди головы теряют...

Т. и С. Никитины

 

Он ее потерял

Бестолково и бесповоротно -

Лишь фантомная боль,

А зачем - не понять ни черта.

Беспросвет октября

Угрожает реакцией рвотной,

Но реакции – ноль,

Потому что ни горла, ни рта.

 

Очень хочется в рай,

Да грехи, как всегда, не пускают -

И кредит, и семья,

Что завел, очевидно, не с той.

Хоть ложись помирай -

Вот и местность уместно пустая,

Только лечь не дает

Непонятный подъемный настрой.

 

В небо тянется плоть -

Безголово, бездумно, беспечно.

Ничего, что рукой

(И ногой) до весны не подать.

Тянет ересь молоть,

Отвечая на зов этот вечный,

И плевать на покой

Затяжной непогоде под стать.

 

Ну, нет

Во-вторых, рвотная реакция, подъёмный настрой, и особенно в небо тянущая плоть - это... ну - на один разок Стаду прогуляться

При этом мне нравится средняя часть, с подъёмным механихмом только разабраться, и всё... Ну и начало с финалом придумать другие

33. Сон Орфея

 

Где мой Орфей? Я — Эвридика!

И я тоскую по тебе, тоскую.

Не одолеть бездомную, глухую

К моим мольбам, ни жалобой, ни криком.

О! Пробовала так и эдак.

Но чуть утихнет, но утихнет если, —

Едва слышна, пространство полнит песня,

Тревожит лёгким эхом, эхом, эхом.

Беспамятства и здесь не будет.

Повсюду змеи. Змеи жалят, жалят.

Сойдёшь ко мне ли? Я всему чужая

В приюте, что так остро бесприютен.

Ну,  будем считать, что просто не моё стихо

34. В одно касание

 

Прочь летят журавлями дни,
и синицами души замерли.
Липы-клёны стоят одни, 
облетая в одно касание.
Утомляюсь уже с утра,
лишь в грядущую зиму веруя.
Всюду ржавые спицы трав
протыкают реальность серую.
Хватит мне вечеров с лихвой,
чтобы шарфик связать из прошлого.
Пошепчусь ни о чём с листвой,
непутёво под ноги брошенной.

Прошуршу я, едва жива,
мимо сонных аптек и булочных,
собирая в клубок слова
на продрогших просторах уличных.

Чтобы шарфик был бел-пухов,
жарким летом искала сани я…

 

…Но обрывки моих стихов
облетают в одно касание.

Всюду ржавые спицы трав
протыкают реальность серую.
Хватит мне вечеров с лихвой,
чтобы шарфик связать из прошлого.
Пошепчусь ни о чём с листвой,
непутёво под ноги брошенной.

 

И финал про стихи

 

 

Вот вокруг этого бы  покрутить и будет очень славное стихо.

35. На пороге мечты

 

На пороге мечты – стоишь замерев,

и не веришь – вот она, рядом...

Все тревоги остались в немом январе,

разъиюлилось лето наградой.

А когда-то писал на обрывке листа

ты свои сокровенные "мне бы"...

И шару надувному шептал – "улетай,

расскажи о желаниях небу!"

 

Ты всё тот же, который упрямо несёт

огонёк незабытого детства,

тот, который в ответе за выбор дорог,

за итоги, и цели, и средства.

Сколько раз представлял этот миг, эту дрожь

от счастливейших в мире мурашек!

 

А теперь ты стоишь и никак не поймёшь,

почему этот шаг сделать страшно?...

На пороге мечты ты стоишь, замерев,

и не веришь, что - вот она, рядом...

 

?

Так вроде как-то больше в ритм получается

 

А когда-то писал на обрывке листа

все свои сокровенные "мне бы"...

 

Я бы так предложила.

 

 

Ну и ударение, да, это пичально

 

И воздушному шару шептал - улетай

 

 

может так?  хотя воздушный, это другое... и надутому шару?  в общем, покрутите, подумайте

 

 

Мне здесь не нравится непонятная и канцелярская "награда".  Тем более, что по итогу-то конкретики нет - какая именно мечта, здесь дело в самой сути, а награда заставляет пытаться догадываться... Что-то попроще бы надо.

 

 

И мне очень нравится финал    Поэтому, автор, покрутите награду, пож-ста...

36. Безбашенный настрой

 

Пришёл сентябрь и, как ни странно, 
отмыл до скрипа небеса. 
Отправил облачных баранов
пастись над полем. И лиса 
воротником чудным свернулась
на горизонте - рыжий шар, 
и греет, греет мир наш снулый... 
В нём люди-рыбы не спешат, 
и очень медленно, как будто
сквозь толщу вязкую, гребут, 
и небо видится им сдутым
воздушным шариком... 
А тут
лиса, барашки, синь без края - 
расправить плечи и вдохнуть, 
и кулаки разжать, и, каясь, 
простить обиды. На весну
надеяться всю зиму, строя
то крепость, то снеговиков. 
И, взявшись за руки по трое, 
в слегка безбашенном настрое
идти в далёко-далеко...
 
Пришёл сентябрь и, как ни странно, 
отмыл до скрипа небеса...
... и дует кто-то нам на раны, 
хотя смертельно ранен сам.

Это я помню, это из лонга моего

Единственное, к чему ооочч хочется придраться мне - к странноиу "как ни странно". Патамушта вовсе не странно такшта выглядит как ленность в поиске рифмы 

И почему по трое, нипонил я 

Зато финал прям супер 

37. Может быть

 

Ты не грусти, не навсегда

разлук нерадужные чувства.

Растает лёд,  придёт вода

и оживит немую пустошь.

 

И вздрогнут веточки дерев,

и прорасту я вместе с ними,

ума иллюзии стерев,

открыв своё иное имя.

 

Я стану солнцем и луной,

лесной тропинкой чУдной самой.

И может быть, я стану вновь

когда-нибудь твоею мамой...

38. Остаточное явление

 

Ни улиц, ни аптек, ни фонарей -

Один какой-то светит еле-еле

В забытой напрочь Господом дыре,

Где жители давно друг дружку съели.

 

Но шито-крыто всё, и нет улик.

Искать же их не будет даже Пушкин.

В какой-то луже горестный кулик

Играет нерадиво роль кукушки.

 

И не интересует никого,

Кому и сколько лет еще осталось.

В итоге этой драмы бытовой -

Уставших пережившая усталость.

 

И в той же луже лодка, у неё -

Ни паруса, ни весел, ни уключин.

Да и сама она уже гниёт.

Короче, налицо тяжелый случай.

 

Сухой остаток явно отсырел,

И средства не оправдывают цели

В забытой напрочь Господом дыре,

Где жители давно друг дружку съели.

Классное, чо. Неужто опять НБС? Не удивлюсь. Главное, попробуй, перескажиА какая картинка эмоционально-ясная: тоска, тоска, городишко этот... Звезду пленительного счастья, чот, вспомнила 

39. Безупречный

 

Кто-то раскрыл ладонь и сказал – иди!
Пальцем тихонько ткнув напоследок в спину.
Шëл человек и знал – с кем-то он един,
кто-то не даст ему по дороге сгинуть.
 

Шëл, охраняя жаркий огонь внутри,
редких своих попутчиков опаляя.
Шëл человек, не ведая, что творит
тот, кто свернул и тот, кто ушëл полями.
 

Не осуждая, не глядя им вслед, всегда
он ощущал себя от невзгод хранимым.
Рядом взрывались судьбы и города,
а человек упорно шëл мимо, мимо...
 

Шëл без сомнений, шëл до конца – один,
и, умирая, ждал от кого-то знака.
Кто-то раскрыл ладонь и сказал – иди...
И показалось, будто бы кто-то плакал.

А врт тут вроде, и придраться особо не к чему,  по мелочи если только, но, чот, не трогает. Какая-то непокобелимая неприятная уверенность за этой строкой мне слышится. Хотя название  может, не о ЛГ, а о рассказчике? 

40. Невиноватый

 

Отвыкла от тебя. Молчания уют, 
который раньше был, пропал куда-то. 
На небе перерыв и справок не дают, 
как дальше жить с таким... невиноватым. 
И маетно с тобой, и в общем всё равно, 
что рядом ты - одумался, приехал. 
Мой суетливый май, как Белоснежкин гном, 
накинув фартук вытертый в прорехах, 
идёт сажать во двор ромашковый ковёр, 
развешивать на вишни тюль цветочный, 
а у меня внутри как будто кто-то стёр 
историю о нас с тобой. Ни строчки 
не пишется теперь, ну так, о том, о сём - 
как уезжал легко и бессловесно, 
красивый новолюб, счастливый новосёл. 
Всё новое, а в старом как-то тесно... 

 

Мой суетливый май закончит все дела, 
я с ним сбегу под стон о нашем прошлом. 
И буду пить в кафе горячий шоколад
и гладить приблудившуюся кошку.

Кароч, под чей-то стон я сбегаю

41. Комедианты

 

назначь мне встречу в домике чудес,
в скрипучем ненадёжном мезонине.

Геннадий Акимов, Комедианты
 

поздно повозка сломана
ноги дорогу месят
мëртвой улыбкой клоуна
нас провожает месяц
 

в тучах нашëл проплешину
чтобы дразнить изгоев
кони умчались бешено
к сытой свободе в поле
 

пахнет дождëм и донником
путь всë темней и круче
может, дойдëм до домика
может, дойдëм до ручки
 

зрителями и бурями
политы и помяты
в мыслях шаманы с бубнами
в жизни комедианты
 

разобщены и сломлены
в чьих-то жестоких играх
это же послесловие
или ещё эпиграф

 

Вот, если препинаки расставят - я, может, пойму финал. Остальное, да, можно и так сообразить,  а финал проваливается для меня 

Может очень симпатично получиться но пока - мимо. 

42. Время машины

 

Остановилось время для машины,

Косившей всю дорогу под «Москвич».

С разбегу впился смятый бампер в шины,

И сморщился в гармонь салонный китч.

 

И попугай у вечности на длани

Картавит, всполошась: «Котор-р-ый час?»

А после непотребное горланит,

Завидевши кота и ананас.

 

А что горланить? Все предельно ясно.

Проезда нет - ни прямо, ни назад.

На этом светофоре - ярко-красный,

А остальные даже не горят.

 

Казалось, будет дальнею дорога,

Но без сумы и не в казенный дом.

Крутой «Москвич», в асфальт упёршись рогом,

Пёр наобум и даже напролом.

 

И вот картина Репина «Приплыли».

Приехали, точнее - не туда.

И на вопрос машины с робким «или?»

Ответ понятен - чтобы нет, так да.

 

Немая сцена длится час за часом.

Очкуют молча все, пожав плечом.

За вычетом кота и ананаса,

Которые тут как бы ни при чём.

Хорошо, даже без картинки . Из моего шорта, такшта слово Лане 

И опять автора нипочём не узнать - вот чтобы да, так нет! 

43. Хранители

 

Не осталось слов, замирает речь.
По краям продавленный свод облез.
Слишком много выпало нам беречь
от тяжёлых падающих небес.
 

Уходящий свет бесконечно жаль:
подминая тяжестью синевы,
оседает небо – не удержать...
И его щекочет степной ковыль.
 

Бесполезно жалость сердца щемит.
Остаётся ждать и молчать навзрыд.
Бог давно покинул безумный мир,
без конца деливший его дары.
 

Не удержим свод – пропадëм и мы,
никому не видеть небесных врат.
Остаëтся только дождаться тьмы
и упасть изломанной куклой в ад.

А вот стихо, которое мне и понятно, и откликается

Возможно, что я чего-то не поняла, поэтому ещё перечту, но стихо в любом случае нравится

 

44. Один

 

          Холодный пот на лбу. Похоже, помер. И давит страх - как тот девятый вал. Хоть знал давно, что жизнь – смертельный номер, где ни один артист не выживал. И всё-таки обидно мне немножко. Что ж так внезапно-то, ядрёна вошь? Хотел я, помню, крикнуть: «Неотложку!» А прохрипелось только: «Неотложжж…»

 

          Естественно, никто и не услышал. Никто на помощь мне не прибежал. А сам струхнул стучать Соседу Свыше, поскольку был с последним на ножах. Мы разминулись в классе так девятом. Я, чувствуя, что в рай не попаду, курил и пил, грешил частенько матом и чудаков имел-таки в виду...

 

          Но с самого момента входа в кому я не курю, не пью, да и не ем. Теперь я мой единственный знакомый, и тот, кажись, чудак - на букву М. Щемит в груди, застряли слёзы в глотке. Я еду молча с личных похорон. Один как перст в какой-то хилой лодке. Гребу. По типу - сам себе Харон.

О, вот ещё одно классное стихо   Прям как-то разогнался паратур под конец

Хорошее, и философь, и ирония, и эмоция - всё, как доктор прописал

В общем, это мне однозначно нравится, это тоже в шорт, да

45. Контуженный

 

Разбудит осень вороньим криком,
вставать в потёмках невмоготу.
Но он встаёт – рассвело, смотри-ка,
пора идти – говорит коту.
 

В потёртых берцах, в дурацкой шляпе
выходит в гулкую пустоту.
А кот старательно лижет лапы,
как будто дела и нет коту –
 

куда идёт человек из дома,
и что за тени в его глазах.
Прозрачный город – в осенней коме,
аптека, булочная, вокзал.
 

По расписанию поезд с юга
прибудет вовремя, первый путь.
Хоть нынче смерть – троекратно сука,
но вдруг кого-то решит вернуть?
 

А вдруг остались в живых братишки –
бывает всё-таки, что везёт...
Пронзает боль от фантомной вспышки
и снова рушится горизонт.
 

Не помнит бога, не ищет веры:
шагнёшь с платформы – не заживёт.
 

Но ждёт его у закрытой двери
из-под обстрела спасённый кот.

О, и это стихо нравится

Такая котятка-лайт (тем более, что и кот в наличие, куда ж без котов нынче )  - но и не давит сильно, и эмоцию даёт при этом.

Хорошее

46. Вопросы с буду...

 

Вопросы с будущим пока не решены...
Но хватит сырости, что толку ныть да ныть?
Сейчас я сделаю нам чай погорячей, 
смотри, вон день какой хороший и ничей. 
Давай возьмём его себе, он станет днём, 
в котором будем только мы с тобой вдвоём. 
 
И никого вокруг, и телефон молчит, 
и съела тумбочка ненужные ключи. 
Ломтями солнце на полу, и босиком
на солнце будем обниматься, ни о ком
не вспоминая. Ни жалеть, ни горевать
не станем вовсе, повалившись на кровать - 
читать Дефо, меняя голос по ролям. 
И будет май у нас под окнами гулять, 
на лица дуть нам тёплым ветром из окна.
А небо сделает из облака пана-
мы нахлобучим их на горькие слова,
чтоб споров не было кто прав, кто виноват.
Свернётся день пушистым бубликом у ног, 
мурлыкнет сонно, что никто не одинок, 
и будет чутко караулить мышь-тоску. 
И мысли лёгкие куда-то потекут... 
Вопросы с буду... 
Буду... 
Будем...

Ха, а опять же нравится стихо

Есть некоторые нюансы, конечно. Это и многовато пиррихиев в строке "И никого вокруг, и телефон молчит", и почему именно Дефо (есть у него вообще что-то романтичное для прочтения?),  но, самое главное, это строка с этими "пана-мы и тд" - вот вообще не нравится мне эта разбивка, и сама идея с панамками этими, лучше поднапрячься и как-нибудь подобрать рифму и сделать другую строчку

Да и вообще - всё замечания, потому что я так чувствую, мало ли, вдруг пригодится, но это абсолютно не меняет того, что стихо классное, и очень нравится

47. Зазеркальное

 

Вышел месяц из тумана,
плут рогатый, долька дыни.
В нашем царстве зеркалами
самых буйных наградили –
от Малюты до Ивана,
от Казани до Катыни.
Скоро явятся за нами,
трали-вали, тили-тили.
 

Вышел Пушкин из канона,
окровавлен и любезен.
Повело литературу
как упоротую шлюху:
"Запускайте гимн по нотам.
Принесите старых песен.
И картин к второму туру,
вроде той, где в небе шлюпка".
 

Вышли люди из шинели:
раз Акакий, два Акакий...
В нашем смутном Зазеркалье
бесконечность – дело долга.
Пели так, что посинели.
Врали так, что "паки, паки..."
Даже ангелы икали
ныне, присно, долго-долго.

 

Не, ну и снова классное же стихо

Я ржаль, потом плакаль, а потом на икающих ангелах снова ржаль  

Тут полный спектр эмоций - пугающее начало, с этими географическими уточнениями и трали-вали, явятся за нами, середина с окровавленным Пушкиным и шлюхой-литературой  что печально, ну и смех, уже в качестве защитной реакции - на Акакиях и икающих ангелах