Я в ночное на лошади в яблоках
В Куликовское поле бреду.
Пересвета в мечтах вижу ясно так…
Непременно его я найду.

В чистом поле оттенками прошлого
Под луной серебрится ковыль.
Мягко стелется под ноги лошади,
Шепчет сказку, легенду и быль.

Я поглажу ковыль очень ласково.
Сладких снов тебе матушка-Русь…
Пересвета глаза вижу ясные,
К ковылям, как к кудрям прикоснусь.

Обнимают меня руки сильные,
Поднимают до звёзд от земли.
Расскажи, Пересветушка, быль ты мне,
Как врага одолеть вы смогли.

Сколько здесь полегло люда русского…
Как ты сердце победе отдал…
Он задумчиво скажет: «Послушай-ка,
Нам сыграет былину гусляр».

И ковыль вдруг в ночи зашевелится –
Струны тронет косматый гусляр,
И под ветром, ковыльной метелицей,
Он затянет былину мне в дар.

А вокруг вмиг костры заполощутся,
И послышится ратников глас.
А вдали, у берёзовой рощицы,
С неба чёрного хмурится Спас.

А потом, здесь картина раскроется –
Пересвет с Челубеем навстречь…
И за ними – огромная конница,
Обречённая в землю полечь.

И столкнулись они. Копья быстрые.
И у каждого – правда своя.
Взмыли соколы в небо пречистое.
Пали в мягкие сны ковыля…

А наутро, склонясь в травы росные,
Заалеют едва небеса,
Росной влаги ковыльной пригоршнею,
Просыпаясь, плесну я в глаза.

И видение мигом рассеется.
Под уздцы я коня поведу.
Куликовское поле – Расеюшка
Не забыла лихую беду.

И беду, и победу, и радости,
И героев в далёкой дали.
Пересвета – вослед мне – так ласково
Машут руки – степи ковыли.

Пусть прошло много лет – и не верится
В битву грозную, в страшную быль…
На заре розовеет и  стелется
Под копытами мягкий ковыль.