простить нельзя простить

молочное время – прокисший вчерашний путь, 
как сложно порою писать о понятном – понятно. 
но мысли-бемоли на тон понижают суть, 
так нервно-неровно замазаны белые пятна. 
минуты-матрешки в часах убаюканно ждут 
полночных безмолвий, рассветов, раскрашенной коды, 
…….. 
а в комнате двое, пастельно-постельный этюд: 
она и, конечно же, он. 
и, конечно же, 
годы… 
он раньше проснется, он выйдет курить на балкон, 
уставший от связей, сонливо посмотрит на время. 
а время - убито наточенной, злой тишиной... 
он просто поймет, что рифмуется «время» - проблемно… 
она не простит, что простила вчерашнюю боль, 
себе не простит, но, 
а впрочем, 
а впрочем, 
а впрочем… 
враньё начинается с чисел: 17:00, 
затем 19… под полночь и где-то в три ночи… 

но совесть - она не позволит остаться совсем, 
совсем одиноким, забыть про числительность меры. 
его философия не исключает дилемм, 
её психология терпит любое «во-первых». 

и клёклое время нависнет дамокловым сном, 
и квёлые чувства распнутся на кухне-голгофе. 
разверзнутся хляби… потопы, воскреснет содом, 
она же спокойно промолвит: 
«любимый, вот кофе»… 

всего лишь… вот кофе…