Цвет волшебства, которое не обещали

Будут сутки лиловее, чем сирень.
Будет зимнее волшебство.
Утро встанет,
              мелькнет,
                   превратится в день.
День упрется в небесный свод.
«Вечер в Брюгге» закончится. В полночь «Сплин»
перестанет о нем грустить.
Мы же - движемся. Даже когда мы спим.
Пара броуновских частиц.
 
А во сне все движения - суть слова.
А слова – это как любовь,
где мой замкнутый круг – лицевой овал,
или профиль:
               ресницы,
                         бровь,
и давно не смеявшийся жесткий рот.
Застывая, вчерашний смех
стал снежинками, вспыхнул, сгорел.
                                                              И вот,
капли выпали в белый снег.
 
На висках побелели следы огня.
Нежно дую на молоко.
Свет в тумане. Мне нужно тебя обнять,
оттолкнув одеяла ком.
Вечный груз.
                Вечный якорь.
                                    И в темноте
слепо верить, что чудеса
подчиняют движение наших тел.
Только с разницей в два часа.
 
Скажешь, времени мало. Возьми взаймы.
И не думай, что дальше – трать.
Мы живем первый месяц твоей зимы.
И с полуночи до утра
будет оттепель – призрак весны. Мираж.
Так серенев,
                 так невесом…
Фиолетово…
В наших с тобой мирах
будет в цвет
даже зимний
сон.