Этой ночью, какая жалость, лето вышло на самый пик.
И застыло на миг. И сжалось. И вот-вот улетит. Не спи.
Половина грядёт вторая, а за ней – целый год. Второй.
Словно сказочник повторяет – не на небе, не за горой...
Полумесяц завис в истоме. А под слоем янтарных смол
он немало хранил историй, но увяз сам в себе и смолк.
И быть может, оно и лучше.Неизвестность белым-бела.
Но одну удалось подслушать:
Жили-бы... нет, жила-была
не в Крыму и не на Карибах, точный адрес не сброшу я,
чудо-ю-да-нет-просто-рыба — шелестящая чешуя.
обожала полёты, скорость не желая снижать никак.
Называлась же – кистеперой. Потому что на плавниках,
кисти взяв, рисовала перья – не могла обходиться без,
хоть нередко врезалась в берег, принимая за край небес –
из-за края манила тайна.
Словом, рыба совсем "ку-ку" –
так стремилась на свет. С китами. Избегая в пути акул.
Прилетала, стянув футболку, избавляясь от пары кед –
был секрет до того глубоким – к океану. На чердаке.
И шептала – имелись уши. Океан же, до боли нем,
ей внимал. А потом на сушу выносил на одной волне.
А она задыхалась, ибо накрывала её волна.
И пустел океан без рыбы. И дышать не могла она.
Обжигало обоих солью испарившихся за день вод.
И она сквозь туман бессонниц
возвращалась
всегда
в него.