Помню… Я помню ꞌарки, пики, щиты роллет,
свет исступленно-яркий, капельки крем-брюле,
летних недель сожжённых тонкая кожура.
Только в тени донжона не достаёт жара –
двигаться дальше проще: рынок, флажки, кафе
и небольшая площадь. Площадь аутодафе,
где бережёт свидетель молча одну из дат.
А каково сидеть и ждать приговора. Ждать…
Не принимать проклятья – странное свойство дев –
даже мужской платье вновь на себя надев.
Веруя до озноба, смертную дрожь гоня.
Надо святой быть чтобы не пожелать понять:
- Мне уходить так рано? Боже так рано! Мне?! –
Старая боль Руана – крест посреди камней.
Выгорит август скоро, высохнет, станет рыж,
выцветет шарм Онфлёра. Монт-сен-Мишель, Париж...
время проглотит жадно снова шесть лет по сто.
Жанна. Мне снилась Жанна. Площадь, кафе и столб.