…Только ей всё же надо спуститься вниз. За картошкой. Она не из храбрых женщин. Вероника боится подвальных крыс. Смерти тоже боится. Но всё же меньше.
Помнит: вечер, повсюду тоска звенит… Ей с десяток годочков в то время было. «Папа! Папа! А кто это – менингит? Почему нашу маму унес в могилу?». А от папы ни слова. Сказать о чём? Объяснить что-то дочери мог едва ли. Вероника сквозь слёзы: «Хочу врачом стать, чтоб мамы другие не умирали…»
Лютый холод, последние сухари…Помнит: выли сирены, дрожали крыши. Страх навечно засел у нее внутри и пищал обнаглевшей подвальной крысой. От столярного клея сводило рот и давила под мышками шаль тугая.
По февральскому Невскому брёл народ, еле слабые ноги передвигая. Люди-тени… худые, живые чуть, покидали простуженные квартиры и везли на салазках в последний путь тех, которым везения не хватило…
Сын всё занят. С водителем передал ей в подарок букет. И сосиски кошке. Всё ж придется спуститься самой в подвал: обещала гостям натушить картошки.
Вдоль Фонтанки гуляет весна красна. Солнце светит в окно – загляденье просто!
Вероника давно уже подросла. Ей сегодня исполнилось девяносто.
12.03.2021
Комментарии
А о чём ты думала? Будешь ли кошабардой петь в Пространстве? У тебя и песня есть соответствующая... 
а это не ты ведущую надоумила?? 
неа))
О! Первый опыт в прозе!
а какая такая кошабарда?
это та же капибарда, только весной, Ириш)))) сабантуйчик у нас такой намечается)
Не, нету. С трансляциями не разобрались. Толь-только заморочились.
Ща! Только один раз. Только для вас. (А филин, похоже, получит в глаз).
Вовкин, убью я тя!)) зачем эту ужасную кустарную запись принес в лапах?)) фсё, сдал филин...
Ну я ж не на главную... Так Иришке в кармашек... А она и не покажет никому. Почти.
Хых! А хто обещал, а?Нииикто не обещал! воть... такште... пожалуйте на главную...вместе со всеми вашими...несовершенствами... такими... из-за них..
Послать ЛС
Хорошее, Света. Нужное.
трусиха
…Только ей всё же надо спуститься вниз.
За картошкой. Она не из храбрых женщин.
Вероника боится подвальных крыс.
Смерти тоже боится. Но всё же меньше.
Помнит: вечер, повсюду тоска звенит…
Ей с десяток годочков в то время было.
«Папа! Папа! А кто это – менингит?
Почему нашу маму унес в могилу?».
А от папы ни слова. Сказать о чём?
Объяснить что-то дочери мог едва ли.
Вероника сквозь слёзы: «Хочу врачом
стать, чтоб мамы другие не умирали…»
Лютый холод, последние сухари…
Помнит: выли сирены, дрожали крыши.
Страх навечно засел у нее внутри
и пищал обнаглевшей подвальной крысой.
От столярного клея сводило рот
и давила под мышками шаль тугая.
По февральскому Невскому брёл народ,
еле слабые ноги передвигая.
Люди-тени… худые, живые чуть,
покидали простуженные квартиры
и везли на салазках в последний путь
тех, которым везения не хватило…
Сын всё занят. С водителем передал
ей в подарок букет. И сосиски кошке.
Всё ж придется спуститься самой в подвал:
обещала гостям натушить картошки.
Вдоль Фонтанки гуляет весна красна.
Солнце светит в окно – загляденье просто!
Вероника давно уже подросла.
Ей сегодня исполнилось девяносто.
Был(а): 20/04/2026 - 11:29
Послать ЛС
О! Первый опыт в прозе!